– Я жду тебя, – прошептала я, уже не сомневаясь ни в себе, ни в своих чувствах. – Возвращайся. Я стала сильнее. Ради нас.
Над поместьем сгущались сумерки, но за ними должен был последовать новый день. В драконьем облике я пробыла недолго, словно его мне показали и вновь забрали. Обратное превращение далось легче, хоть и не без боли. Возвращаясь в поместье, я плотнее куталась в плащ, который чудом уцелел. Каждый шаг отдавался болью, но восторг от оборота был гораздо сильнее.
Позже, глубокой ночью, я увидела странный сон. Он отличался от тех, что преследовали меня в последние дни. Посреди хаоса воспоминаний Катрин, мне довелось увидеть скрытый ранее фрагмент. Над совсем крохотной девочкой склонялась мать, со слезами на глазах плетя заклинание. Я видела лишь часть, но смогла прочитать по губам женщины обращение, посланное маленькой Катрин:
– Пусть все считают тебя слабой, но зато ты выживешь и сможешь жить свободно, моя крошка. Тебя не должна коснуться участь всех женщин нашего рода, Катрин…
Возвращение Элерриса я почувствовала раньше, чем он появился на горизонте. Метка отозвалась жаром, приятно согревающим озябшее тело. Я с самого утра не могла избавиться от непонятного предчувствия, и только теперь поняла, к чему оно относилось.
Я стояла на балконе, когда небо дрогнуло.
Первой появилась тень на горизонте, после последовал громкий драконий рёв, от которого задребезжали окна во всём поместье. Слуги испуганно вышли во двор, а стражи переполошились. Только я счастливо улыбнулась, прикладывая ладонь к глазам и стараясь рассмотреть приближающийся силуэт.
Чёрный дракон, исполосованный следами недавних битв, с обломанными кое-где шипами, но всё ещё величественный, огромный, несокрушимый. Его крылья рассекали воздух с той самой уверенностью, которую я так хорошо знала. Он сделал круг над поместьем, словно крича: «Я вернулся».
Сердце забилось так сильно, что я едва удержалась на ногах.
Дракон приземлился во внутреннем дворе, едва заметно сотрясая землю под своим весом. Я не стала ждать. Подхватив юбки, сбежала вниз, не обращая внимания ни на взгляды, ни на сбившееся дыхание.
И спешила не только я. Спустившись на первый этаж, я увидела, что Элеррис уже стоял там – в человеческом облике. Доспехи потемнели от копоти и крови, плащ был порван, лицо осунулось, но глаза… глаза горели. Наши взгляды встретились, и мир будто сузился до нас двоих. Мы остановились в нескольких шагах друг от друга. Вокруг толпился народ, но это совершенно не волновало. Казалось, разверзнись бездна вокруг, нам было бы плевать.