Мы оба оказались в корне не правы, когда думали, что у нас уже все схвачено. Стюарт нас переиграл. Фонтон прибежал к нам взмыленным и растерянным перед самым выходом в порт. Огорошил с порога:
— Стюарт застрелился!
[1] Верки — это отдельные части воинских укреплений, составные части крепости.
[2] Кейзер-флаг или крепостной флаг: красный фон, тонкий белый вертикальный крест, перечеркнутый широким голубым диагональным крестом, окантованным белой полосой. Официально утвержден в 1842 г.
[3] Название английского правительства.
[4] Важные чиновники Дивана, принимавшие прямое участие в судьбе Сефер-бея и боровшиеся за возвращение его из ссылки.
Вася. Михайловское укрепление, май 1838 года.
Как может не быть заряжено ружье на посту? Часовой вылупился на Васю. Что за дурацкий вопрос?
— Как же иначе? — гордо ответил он.
Вася удовлетворенно кивнул. И вырвал ружье из рук солдата. Вскочив на бруствер, он опустился на одно колено. Пристроил ружье, как учили. Опер левую руку на колено. Приклад прочно прижал к правому плечу. Навел его на Исмал-ока и нажал спусковой крючок. Полыхнула вспышка пороха на зарядной полке, вызвав у Васи мимолетное ослепление. Громыхнуло. Черкес зашатался. Рухнул, как подкошенный, лицом вперед. Ваншот! Точно не жилец. Не спасло кузнеца его богатырское телосложение.
Вася кинулся вниз, нацелив острое жало штыка на опешивших горцев. Съехал по влажному валу, использовав свой зад вместо санок, а ружье — как лыжную палку. Вслед ему летела грязная брань капитана. Милову было все равно: он одним махом разрубил Гордиев узел и покончил с сомнениями коменданта. Оставалось лишь закончить дело.
Хуци с шашкой наголо помчался навстречу злому гяуру. Спрыгнул в ров. Неизвестный Васе черкес склонился над трупом Исмал-ока в надежде, что его еще можно спасти. Вася без особых затей насадил тешебсца на штык отработанным движением. Пробил играючи точно в район солнечного сплетения. Тяжелое ружье не подвело. Черкес жалобно вскрикнул. Выронил шашку, которую уже занес, чтобы раскроить Милову череп. Вася стряхнул со штыка сложившегося пополам Хуци и, перехватив ружье, засандалил ему в голову прикладом. Уцелевший черкес взвизгнул и бросился наутек.
«Калаш бы не помешал», — мелькнула у Васи забавная, но вполне здравая мысль. Третьего противника не удалось записать на свой счет.
Он вскарабкался на край рва. Туда, где несколькими мгновениями раньше стояли черкесы, уверенные в своем праве. За Миловым по склону сбегали солдаты во главе с капитаном. Офицер несся с перекошенным белым лицом.
«Ща врежет», — весело подумал Вася, переворачивая тело Исмал-ока, чтобы вытащить его кинжал.