То, что Солрса заметили давно, стало понятно по начавшийся беготне в лагере.

Четверо мужчин достали из повозок какие-то громоздкие устройства и, бешено вращая колесиками, прикреплёнными к станине, начали натягивать толстенные тетивы.

Об этом Солрсу сообщил Гунт, но тот шел не останавливаясь.

Когда до оазиса оставалось метров сто, навстречу ему вышли трое.

Крепкие вооруженные до зубов мужчины с белыми тюрбанами на головах и в самодельных темных защитных очках, плотно прилегающих к лицам. Нижняя часть лица закрыта тканью. Впрочем, в пустыне по-другому нельзя, только в оазисе можно открыть лицо без опасения наглотаться мелкого колючего песка.

Один из троих был просто гигант, превышающий на полголовы Солрса.

Остановились друг от друга метрах в пяти.

Солрс в своей гелианской броне выглядел уверенно и грозно. Короткое копье приставил к ноге острием вверх. Солнечные лучи совсем не отражались от его черных плеч и глухого шлема. Только острый наконечник пики ярко сверкал на солнце.

— Кто ты? — спросил один из троицы, наряженный в пеструю накидку поверх добротного костюма из кожи какой-то редкой рептилии. — И зачем ты пришел к нам?

Все трое сепари вели себя так, как будто к ним каждый день заходили незнакомцы в неуязвимой броне Древних, и в этом нет ничего необычного.

— Мое имя Солрс из Рода Бурритов, — не растерялся здоровяк, — мне и моим друзьям необходима вода и отдых…

— За это всем вам придется заплатить, — не дав ему закончить, вставил слово тот, что в накидке. — Пять полновесных гротов за каждого твоего друга, и тогда они получат и воду, и кров, а с рассветом вам придется покинуть наш оазис или заплатить снова.

Солрс поморщился, хоть под маской шлема этого и не было видно.

Свои имена не назвали, значит, законы гостеприимства соблюдать они не намерены, чужаков здесь не жалуют, и чтобы получить воду, придется хорошенько поунижаться, а затем всё равно заплатить, и нет ни малейших гарантий, что проснешься завтра утром. Значит, надо заходить с другой стороны и продемонстрировать этим сепари кое-что, что для них станет более понятным.

«Сейчас я укажу острием своего копья на пальму. Снесите ей верхушку одним выстрелом, а когда я направлю копье в лицо главарю — перебейте ствол»,– передал он Гунту по внутренней связи.

— Меня послали к вам, — спокойно продолжил Солрс, — только лишь потому, что я неплохо знаю ваши законы и порядки. Первый раз встречаю таких скромных сепари, что даже имени своего выговорить не могут.

Тот, что стоял в троице по правую руку от главаря, дернулся и всем телом подался вперед. Его рука метнулась к рукояти тонкого длинного меча, что висел у него на боку.