Следопыт обернулся.

Мэйрон спускался по лестнице с капитанской палубы, что была надстроена прямо над гостевой, но была почти вполовину меньше той. Там находилось всего две каюты — капитанская и его помощника. А уже над ними располагался капитанский мостик с огромным рулевым колесом, резными перилами и намертво прикрученным к доскам столом с двумя крепкими стульями.

Вид у Мэйрона был свеж, черные волосы аккуратно уложены назад, глаза сияли, как будто и не было вчера обильных возлияний.

— Доброе утро, капитан, — ответил на его приветствие Марк. — Я вижу, вчерашний вечер не особо сказался на вашем самочувствии? Я, признаться, не очень хорошо помню, как оказался на судне.

Мэйрон тихо рассмеялся и пожал плечами.

— Опыт, мой дорогой друг, и постоянная практика. Делов-то!..

Следопыт криво усмехнулся в ответ, после чего аккуратно сложил возле деревянных перил сумку, куртку и пояс, затем стянул рубаху с кольчугой и, оставшись в одних штанах, подошел к матросу, который при виде капитана Мэйрона принялся неистово драить палубу.

Заглянул в ведро с водой и, не увидев там никакой живности, смело вылил содержимое себе на голову. Закинув ведро за борт, он потянул за крепкую веревку и, вытащив, снова повторил ту же самую процедуру.

Немного придя в себя, Марк разгладил мокрые волосы и впервые за сегодняшнее утро улыбнулся. В голове просветлело, дышать стало намного легче, и утреннее солнце уже не казалось таким жгучим и злым.

Он быстро облачился в свою привычную одежду. Никуда не торопясь, опоясался, повесил сумку наискось через плечо и по-новому посмотрел на окружающий мир.

— Поднимайтесь ко мне, Марк! — позвал Мэйрон следопыта к себе мостик. — Пропустим по кружечке холодного пенного патака — сразу полегчает.

На капитанском мостике, кроме самого капитана и матроса, стоявшего за штурвалом, больше никого не было.

Рулевой внимательно следил за другим матросом, находившимся в специальной корзине на верхушке самой высокой мачты. Тот подавал какие-то знаки, и по ним матрос за штурвалом понимал, как вести корабль, ведь из-за раскрывшегося паруса впереди ничего толком не было видно.

Мэйрон разлил по кружкам пенный напиток и, отсалютовав Марку, с жадностью пригубил. Следопыт тут же последовал его примеру и опустошил кружку в несколько больших глотков.

— Сколько нам еще плыть по реке до выхода в море?

— Часа четыре, — ответил Мэйрон, разливая по новой. — Устье реки настолько широкое, что непосвященному не сразу можно понять, что ты уже в море. Примерно через пару часов берега начнут расходиться… впрочем, сам всё увидишь.