Когда через час небольшая колонна удалялась по дороге, позади вставал высокий столб черного дыма. Горело все, что может и не может гореть.

— Гнездо сектантов должно исчезнуть с лица земли, — констатировал Марк, заметивший реакцию Олега. Олег лишь кивнул, стараясь не думать о горящих заживо раненых. Впрочем, воспоминания об увиденном в лесу быстро излечили его от переживаний.

Они уже подъезжали к тракту, когда в душе Олега внезапно проснулось непонятное беспокойство. Пока не объяснимое ничем, оно заставило Гордеева напрячься, после чего попытаться телепатически связаться с Ольгертом, тем более что расстояние позволяло. Вместо ответа его словно обдало изнутри могильным холодом. «Ольгерт мертв? — удивляться некогда, потому что на тракте среди немногочисленных ранних путников неожиданно началась паника. — Коннахты? Здесь?» — Олег машинально поставил щит, закрывая себя и отряд от стрел, выпущенных на скаку заметившими отряд лучниками врага. Марк, с утра приказавший ехать в полном боевом, оказался прав. И теперь он громко командует:

— Мечи вон! В атаку!

«Действительно, кавалерийский отряд, встретивший противника на месте, проигрывает», — успел подумать Олег, на скаку вытаскивая из ножен сегодня уже напившийся крови меч.

Кони мчатся вперед, всадники, словно слившиеся с ним кентавры, подскакивают в седлах, держа мечи наготове. Кто-то положил меч на плечо, кто-то опустил его вниз, готовый в любой момент поднять и нанести удар, некоторые удерживают в поднятом положении.

«Конный бой быстротечен, как человеческая мысль. Несколько ударов сердца, и вот уже скачущий навстречу противник вырастает от маленького, словно игрушечного, человечка до грозного богатыря, что-то орущего и размахивающего опасно наточенной железкой в опасной близости от твоего тела», — отбив направленный в шею удар своим мечом, Олег уже привычным, почти незаметным на глаз движением уколол острием в шею коня противника. Тот вскинулся, коннахт в результате снова промахнулся и, получив полпальца доброй стали в лицо, сполз куда-то вниз. Конь тем временем нес Олега дальше. Впереди — еще один враг, замахивающийся тяжелой булавой. Удар катаноида развалил не защищенное броней тело почти до пояса. Третий коннахт успел убраться с дороги, Гордеев выскочил на пустую дорогу. Конь перескочил через какую-то груду тряпья. Внезапно Олег понял, что это зарубленные путники — женщина с маленьким, явно не больше двух лет ребенком. Он развернул коня и послал огнешар в пытающихся сбить группу для ответного удара отборных воинов. Огнешар оглушительно взорвался, когда Олег уже бил под мышку очередному противнику…