«Да и бог с ней, тройка у меня будет или все же четверка, данная сторона жизни меня теперь совсем не интересует», — усмехаюсь я.

Зато, как я и думал, в комсомол меня приняли на ура, несмотря на все ее шипение и недовольное лицо. Я теперь и сам не очень понимаю, зачем мне значок с Лениным нужен на лацкане пиджака, все же решаю, что пусть пока будет.

Вдруг удастся сделать крутую карьеру по комсомольской линии? Особенно, если случится встреча с симпатичной дочуркой ответственного партийного работника и запахнет ускоренным продвижением, минуя всякие первичные должности?

Такой самый понятный советский минимум — членство в организации, ближайшем помощнике партии. Без наличия комсомольского значка после восьмого класса говорить о серьезной карьере уже нет никакого смысла. Остается тебе только один путь — вступать в пролетариат с крестьянством, ну и в сферу обслуживания тоже возможно.

В качестве будущего рокера-вольнодумца вообще никак не помешает, а вот для писателя — необходимый аксессуар. Чтобы появиться в издательстве и показать книгу с комсомольцем-попаданцем в магический мир, непримиримым борцом за права эксплуатируемых классов и подвидов.

Оторвался от повседневных дел, приготовил снова письма с информацией, еще с удивлением отметив, что в голове всплыло приблизительное количество убитых маньяком детей именно в восемьдесят втором году. Откуда-то в голове всплыла цифра «семь», естественно, время убийств я не помню, как имена самих детей, однако тем более повод побыстрее отправить все письма.

Такой необъяснимый случай с жертвами Чикатило и то, что я как-то вспомнил дату смерти Брежнева, немного удивляют меня самого. Кажется, память как-то восстанавливается, наводит резкость, как объектив фотоаппарата, если много думать о чем-то одном.

Стас уже давно поднывает, что хорошо бы денег еще за книги получить. Однако, когда я предложил ему самому заняться продажей наших трофеев в Ленинграде, технично съехал в сторону. Я его хорошо понимаю, не был бы я сам взрослым мужиком в теле подростка, тоже не отважился бы кататься по большому городу, да еще пытаться продавать за немалые деньги дорогие книги. Заниматься самой настоящей спекуляцией, как на такое не посмотри.

Поэтому я поехал в Ленинград, как только приготовил анонимки, не особенно рассчитывая на какие-то продажи.

Сам первым делом добрался до Горсправки, где оставил заявку на все адреса магазинов «Старая книга» и букинистических отделов в Ленинграде. Пришлось доехать до площади Восстания, где я смутно помню подобный ларек из прежних времен и даже разок им пользовался. Оставил заявку, услышал «приходить послезавтра» и сразу вернулся в метро, гулять по Невскому в сторону Литейного пока не хочу, опасаюсь случайной встречи с обиженным мной не на шутку опером.