«То есть они не освоятся в жизни, для меня тут нет ничего нового или сложного, все уже когда-то пройдено и изучено на своей шкуре», — напоминаю себе я.

Еще стоит подумать про такую навязчивость Рябого к явно не одобряющей его ухаживания девушке. В чем ее настоящая причина? Просто деревенская баранья упертость? Или что-то уже было? Ну, или просто парни со второго и третьего курсов не проявляют зримо свою заинтересованность в сторону воображаемой девушки Рябого и, наверно, подобным все его доминирование и заканчивается.

— Нормально с ним все, пришел в себя наш Коля, отвели в комнату отлежаться. Давно он уже на такую плюху нарывался. А ты что, боксер, что ли?

Хорошо общаемся, видно, что зла за меня старшекурсник не таит, а имперско-собственнические замашки Рябого не слишком одобряет.

— Боксер, даже неплохой, много лет занимаюсь, — хвалю я себя, потому что нужно рассказать и про такое.

— Понимаешь, я же просто донес тяжеленный чемодан девушке по пути, — подумал сам, что фраза моя как-то извинительно звучит, поэтому добавил. — Что он там себе про это думает, мне все равно. Вот только интересно, побежит снова ко мне разбираться? Или ему уже хватит?

Парень внимательно осматривает меня, переставая переворачивать ложкой картошку на сковороде, потом пожимает плечами:

— Может и прибежать, кто его, вахлака деревенского, знает? Как у них там за невест дерутся? Может даже до смерти? Бьют друг друга колами, пока не околеют! — схохмил и сразу засмеялся парень.

Я его тоже поддержал, гоготнул коротко.

— Ладно, посмотрим. Чем можно здесь посуду мыть? — меняю я тему разговора.

— Да у каждого свое добро имеется для такого дела. Девчонки сами сразу моют за собой, у нас, наоборот, никто сразу не моет. Поэтому, если хочешь поесть, сначала помой кем-то испачканную до тебя посуду, — таков принцип коллективного общежития среди парней доносится до меня.

— Понятно, — мальчиковый такой расклад тут присутствует.

Парень, которого зовут Виталий, делится со мной горсткой Пемолюкса и куском сурово хозяйственного мыла, еще одалживает жесткую губку, чтобы я попробовал отмыть чайник хоть немного.

Пару минут я вожусь над чайником, смываю часть копоти снаружи, внутри он и так вполне чистый, поэтому оставляю его с водой, набранной из-под плюющегося крана, греться на газу.

Виталий пока занимается картошкой, я захожу в комнату и приношу ему пару пирожков от матушки, благодарю за помощь в чистке и расклады по местной жизни.

— О, отлично, я уже три дня, как приехал, подъел свои запасы. Ничего, скоро мой сосед Сеня приедет, он всегда кучу жратвы привозит из своего псковского поселка.