А в мозгу продолжали роиться тревожные мысли.

Я очень беспокоился о том, что происходит на втором нашем эвакоботе, где пассажирами были исключительно гвардейцы, включая и раненых.

Хотя, сержант ехал именно на том шаттле, а потому паники там возникнуть, вроде как не должно, хотя, что я раздумываю то?

Можно попробовать заслать туда Проньку, и посмотреть на происходящее там его глазами.

Сказано — сделано.

Пронька поворчал немного на тему того, что перемещаться через астрал из движущегося объекта на движущийся же объект, это удовольствие ниже среднего, но таки отправился решать поставленную задачу.

Полученная с борта второго шаттла информация меня несколько успокоила. Гвардейцы дисциплинированно сидели, пристёгнутые к своим креслам, а пилот тоже, как и у нас, перешёл на ручное гидравлическое управление.

Единственно, что меня смущало, так это то, что их эвакобот двигался довольно далеко от нас. Настолько далеко, что сколько не пялился я в иллюминаторы, а увидеть их не смог.

Смотрел и вправо, и в лево, и вверх, и вниз, и вперёд и назад…

Но так и не увидел. Пронька дал мне понять, что тот кораблик находится в пространстве немного левее нашего, и слегка нас опережает.

А при входе в атмосферу нас разбросало километров, эдак на десять, а может и больше, поэтому их и не видно невооружённым глазом…

А поверхность планеты, тем временем неумолимо приближалась. Наш шаттл вдруг вырвался из слоя облаков, клубившегося на довольно значительной высоте, и мы, наконец, получили возможность наблюдать саму планету.

И то, что я увидел в иллюминаторе, поспособствовало рождению у меня одной, на мой взгляд, довольно перспективной идеи.

Я рассмотрел эту свою мысль со всех сторон, и пришёл к выводу, что если нам удастся её реализовать, то мы сможем дополнительно повысить свои шансы на выживание.

Когда я окончательно пришёл к выводу о том, что мне в голову действительно закралась полезная идея, я опять пробрался в рубку.

Стоя в дверях, я видел, что Викентий покачивает в ладонях рычаги управления закрылками, а Истер сидит в кресле штурмана с закрытыми глазами.

Губы её были плотно сжаты, и на лице иногда беспорядочно сокращались мелкие мимические мышцы.

Побелевшие от напряжения пальцы впились в подлокотники.

Я даже немного оробел, глядя на неё, настолько напряжённой она выглядела.

Решив её не отвлекать, я тихонько прокрался к пилоту, и шепнул ему на ухо, чтобы он приложил все усилия к тому, чтобы не приземлиться, а приводниться.

Благо океаны и довольно большие моря на этой планете присутствовали в достаточном количестве. Иными словами, более шестидесяти процентов её было занято водой.