Потом, правда, отвечая на многочисленные вопросы, мне пришлось обрисовать ситуацию более детально и реалистично, а в конце я честно сказал, что шансы у нас, конечно есть, но я не могу утверждать, что они достаточно высоки…

Да они просто никакие, если уж совсем по чесноку, но это своё мнения я придержал при себе, чтобы не плодить панические настроения.

Народ проникся, и начал вполголоса обсуждать с соседями наши невесёлые перспективы, а я с размаху плюхнулся в своё кресло.

Сидящая рядом Истер тут же решила прояснить ситуацию:

— Ты думаешь, нам сесть удастся?

— Не знаю, — честно ответил я, — будем надеяться… — и тут у меня созрел интересный такой вопрос:

— Кстати, а что тебе сейчас твои ощущения говорят?

— Ощущения мои говорят, что наши дела, это полное дерьмо, — хоть Истер и выглядела спокойной, высказалась она весьма эмоционально.

Обычно упоминаний о дерьме она старалась избегать. Значит ситуация действительно очень и очень критическая. Близкая к безысходной, как я и подозревал…

Но я продолжил приставать к ней с вопросами:

— А не можешь ли ты как-то повлиять на то, насколько мягко нам удастся приземлиться? — этот вопрос заставил её задуматься.

— А ты знаешь, — она подняла на меня взгляд, и в глазах её промелькнуло что-то вроде робкой надежды, — может быть что-то и получится.

— Тогда, — я немного приободрился, — может быть попробуешь что-то изобрести?

— Надо в рубку, — уверенно сказала подруга, — там мне будет проще наблюдать за изменением ситуации, и, соответственно, работать с вероятностями нашего незавидного будущего… Хотя даже если я буду находиться там, то будущее наше будет, всё-равно, выглядеть весьма и весьма туманным, — горько усмехнулась она, — но так шансы наши, всё-таки, повысятся, хоть и очень незначительно.

— Тогда пойдём, — я подумал, что попытка не пытка, и ситуация такова, что никакие наши действия не смогут привести её к ещё большему ухудшению, — посижу там с тобой…

— Сама справлюсь, — уже совершенно по деловому отрезала подруга, — а ты лучше тут сиди и лучись, по возможности, уверенностью в благополучном исходе… Народу так будет чутка легче, а мне ты там всё-равно ничем не поможешь… Только отвлекать будешь.

— Хорошо, — согласился я, и попробовал придать себе, как и рекомендовала Истер, уверенный и оптимистичный вид.

Подруга скрылась в рубке, а я остался сидеть в кресле, кося глазами в маленький иллюминатор, разглядеть в котором хоть что-либо было очень непросто.

Мы были пока слишком высоко, и под нами сплошным ковром плыли молочно-белые и пышные, словно взбитые сливки, облака, перекрывая обзор поверхности планеты.