Он по прежнему был растянут на кровати, каждый, даже самый мельчайший его мускул испуганно дрожал, пытаясь сбросить напряжение недавнего совокупления.

В душе воцарилось странное спокойствие, и он вдруг осознал, что уже почти совсем не боится происходящего, и, мало того, что он начинает принимать сложившееся положение вещей, оно даже начинает ему нравиться…

— Хороший мальчик, — Найджел почувствовал, как невидимая хозяйка проводит по коже живота, сверху вниз, своими острыми коготками. Это ощущение заставило его хрипло зарычать и выгнуться, демонстрирую вновь вспыхнувшее желание.

— Какой ты ненасытный, — это хрипловатое грудное воркование сводило его с ума и напоминало о недавно пережитых минутах полного взаимного единения с этой волшебницей, умело перебиравшей в своих сильных пальчиках струны желаний его беззащитной души, — хочешь на меня посмотреть? — вдруг спросила она, вызвав внезапную тепловую вспышку у него внизу живота.

Найджел громко застонал и завыл, извиваясь на кровати, вероятно стремясь показать, сколь велико его желание лицезреть свою повелительницу.

Какой ты милый, — женский шаловливый язычок широко прошёлся по его потной груди, — и такой сладкий, — Найджел опять стал неистово рваться, стремясь освободиться от пут и снова, в который раз овладеть телом этой женщины…

— И такой непослушный, — продолжал мурлыкать бархатистый голос той, что сводила его с ума, — но мы это исправим, — и его бедро снова рванула изысканная боль.

Кожа на ноге разошлась, и кровавые капли, одна за одной начали просачиваться наружу.

— Ой, прости, — сожаление в её голосе было явно притворным, и чувствовалось, что та, что сейчас подвергает его этой невыносимо сладкой пытке, готова рассмеяться в голос…

Теперь проворный женский язычок слизывал эти кровавые капли, заставляя Найджела вздрагивать от каждого своего прикосновения, и ему даже показалось, что она, пробуя вкус его крови, довольно урчит…

— Но ты сегодня уже хорошо потрудился и заслужил свою награду, — не дожидаясь слов о сути этой награды, Найджел снова конвульсивно прогнулся, максимально приподнимая бёдра, — я позволю тебе лицезреть мой облик, — и он почувствовал, как её тёплые руки нежно и бережно приподнимают его голову и расстёгивают пряжку на затылке.

Найджел открыл глаза, и то, что он увидел повергло его в глубочайший шок. Он не мог до конца поверить в то, что это ему не снится…

Он несколько раз моргнул в иррациональной надежде на то, что всё это морок и он непременно рассеется…

Но пред глазами оставалась всё та же картина.

— Это фиаско… — растеряно подумал он.