Параллельно с передачами гвардейцев я получал и обрабатывал информацию, которую собирал Пронька.
Я прикрыл глаза, и передо мною возник просторный зал, на грубо отёсанных каменных стенах которого потрескивали чадящие факела.
Трепещущее пламя не могло совладать с тьмой, обволакивавшей всё, что находилось в помещении.
Постепенно глаз начал выхватывать из тьмы фигуры, закутанные в просторные балахоны. Лица стоящих были скрыты за причудливыми и гротескными масками.
Стоящие во тьме фигуры образовывали большой круг и было их около тридцати.
— Однако, — мысль эта была вызвана моим неподдельным удивлением, — публики то собралось много. Оказывается, хитрый чёрт за очень короткое время завоевал недюжинную популярность в местных аристократических кругах…
— Повязать всех прямо тут мы наверное, и не сможем, — подумал я озабоченно, — хорошо, гвардейцев всё-таки прихватили… Надо будет поручить Проньке, что бы присматривал за этими гавриками, чтобы никто не ушёл, паче чаяния. Чтобы он обо всех сообщал сержантам, а те уже их и вязали при попытке к бегству, хе-хе…
— Серёга, — вдруг спохватился я, — у тебя то всё готово? А то я и сам могу прыгнуть, своими силами, так сказать… А вот остальные без тебя никак не обойдутся…
— Обижаешь, начальник, — отозвался Серёга, — у меня всё под контролем. Но, скажи мне, а Пронька твой сейчас тебе то, что в зале происходит, транслирует?
— Конечно, — отозвался я.
— Ну так разверни эту трансляцию на панели, а то ты один смотришь, а мы вынуждены о происходящем только догадываться, глядя на твою мимику…
— Действительно, — хором поддержали его девчонки, — мы тоже хотим быть в курсе.
Мне ничего не оставалось, как попросить Зоэ направить пронькину трансляцию на большую инфопанель, висевшую в бункере.
Поверхность панели затрепетала от факельных бликов, мечущихся по стенам подземного помещения секты.
И в этот самый момент вязкую тишину ритуального зала нарушил надтреснутый голос:
— Братья и сестры, пора начинать…
— Ага, началось… — подумал я,— ну, что ж, будем брать…
Хозяином голоса ожидаемо был барон Блаватский. Ещё бы.
Теперь за какой бы маской он свою протокольную физиономию не спрятал бы, я его всегда узнаю по голоску этому специфическому.
Этот голос у меня в памяти после просмотра тех материалов, что успел сделать Пронька во время наблюдения за этим гнездом дьяволопоклонников, отпечатался хорошо.
Помимо его скрипучего голоса мне запомнилось многое, что творил этот отмороженный наркоман, и педофил по совместительству.
Не буду излагать подробности, но перед началом операции я довольно долго размышлял о том, что, может быть, когда наступит время, не передавать его полиции, а просто свернуть ему шею и прикопать где-нибудь на свалке. И место выбрать самое загаженное. Заслужил ведь. Однозначно заслужил.