Бедняга начал что-то подозревать, и вид у него был крайне беспокойный.
Вот он орёт что-то в микрофон, требует каких-то действий.
Ну, может до позеленения орать, наши поля уникальны, и выдерживать обстрел той интенсивности, что есть сейчас, могут неделю, если не больше.
Я пару раз глубоко вздохнул, вырастил из правого кулака короткую, но увесистую металлическую дубинку, и телепортировался в командный пункт этих мерзавцев.
Само-собой, я появился непосредственно за спиной намеченной жертвы, и не тратя времени зря, тут же приложил её своей дубинкой по темечку.
— Буду бить аккуратно, но сильно, — вспомнилась мне бессмертная классика.
Погрузив своего главного оппонента в беспамятство, я не стал почивать на лаврах, а двинулся на зачистку этого полевого командного пункта от всяческих нежелательных личностей, которые вполне могли там ещё присутствовать.
Но, к радости своей, обнаружил в непосредственной близости от себя только двух бритоголовых субчиков.
Эти интеллектуалы, вместо того, чтобы нести службу по охране и обороне вверенного им объекта, во все глаза пялились на наши обездвиженные бронеходы.
Бронеходы, кстати, вели огонь, и не сказать, что совсем уж безрезультатно. А эти двое, видимо, считая себя абсолютно бессмертными, с азартом комментировали друг другу происходящее, высунувшись из окопа чуть ли не по пояс.
Я некоторое время обозревал их бронированные спины, и не менее бронированные задницы, после чего решил, что плазменная граната тут явно не помешает.
Выдернув чеку, я аккуратненько катнул активированный боеприпас под ноги этим кислым друзьям, а сам отшагнул обратно, под прикрытие стен блиндажа, где валялся в отключке начальник этих недоносков…
После того, как грохнул взрыв и волна жара прокатилась по коже, я снова выглянул наружу, чтобы убедиться в том, что ожидаемый эффект достигнут.
Перед моими глазами предстало весьма неаппетитное зрелище, которое подтвердило моё предварительное предположение о том, что ребята эти бессмертными, всё-таки, не были.
Битва окончательно прекратилась, когда в отдалении послышался басовитый гул турбин нашего атмосферного катера.
Хотя, ещё до его появления, рядовые налётчики обнаружили, что связаться с главным стало вдруг невозможно.
Поэтому они загрустили, и, к моменту появления в темнеющих вечерних небесах грозной бронированной птицы, продолжали обстрел наших бронеходов уже без огонька, на отвали, как говорится…
А заметив, что над их головами распростёрлись крылья штурмового катера, бандиты решили, что супротив этого воздушного корабля они всё-равно ничего предпринять не смогут, попрыгали в свои коптеры и рванули врассыпную, кто куда.