Я показала ярость и боль, тлен и пепел на моих губах. Показала, как предала свою суть и стала убивать. За это Всевидящий покарал меня, отнял всё, что было мне дорого. Он всех отнял…

Окрестности Тугольска, родовые земли Наумовых.

— Сёма, ты не видел её взгляд, когда она билась с тварями. Это был взгляд убийцы. Она находила уязвимые места с первого раза…

Алексей Наумов ходил из угла в угол и размахивал руками. Недопитый коньяк выплёскивался на дорогой ковёр, но второй наследник древнего графского рода не замечал этого. Он раз за разом вспоминал ту битву, в которой графская дочка с бесполезным даром управлялась с мечом не хуже выпускника военной академии.

— Ты преувеличиваешь. Ну какой из неё боец? — Семён Аристов попытался забрать стакан, но друг отмахнулся от него, ещё больше расплескав янтарные капли по белоснежному полотну ковра. — Николай говорил, что дар Ярины не проявился в полной мере. Она слабосилок, может только выращивать травки и заставлять цвести кактусы.

— Она спасла нам жизнь! Этими самыми травками и кактусами! — Алексей с размаху поставил стакан на стол и выругался сквозь зубы. — Наш целитель не сумел определить зелье, но всё указывает на бениту.

— Именно так я тебе и сказал.

Семён примирительно поднял руки. Он не понимал, что нашло на его друга. Обычно спокойный и даже равнодушный Алексей вдруг ни с того ни с сего начал напирать на возвращение долга жизни.

И при этом второй наследник графа заявил о желании забрать Ярину Войтову из рода. Мол, Глава рода не справился со своими прямыми обязанностями, чуть не убил родную дочь. Семён боялся, что его друг выскажет эти крамольные мысли в неподходящий момент и не при тех людях и тогда… тогда граф Наумов будет вынужден наказать сына.

— Девочка вырастила целебную траву и добавила её в энергетик, — с нажимом сказал Семён, глядя в глаза Алексея. — Ей просто повезло угадать дозировку.

— Целитель утверждает, что излишек этой «целебной травы» может вывернуть наизнанку магический источник. Нас бы там перемололо как в мясорубке, — несогласно мотнул головой Алексей. — А ведь Ярина утверждала, что и брата этим зельем напоила.

— Лёша, успокойся!

Семён попробовал ещё раз утихомирить друга. Нужно что-то делать с этими рыцарскими замашками Алексея. Возможно, на него повлияла травма и изуродованное лицо… или же он вспомнил, что произошло до того, как на них напали твари в первый раз. Вспомнил, что сделал тогда Николай.

— Да, за нами долг жизни, но мы не можем вытащить её из рода или как-то ещё помочь. Ты сам знаешь, что отношения между отцом и дочерью — дела рода, мы не имеем права!