— Конечно, я поверю тебе, если ты активируешь алтарь, — с недоброй усмешкой заговорила она. — Но, чтобы сделать это, тебе нужно войти в храм. А для этого тебе придётся снять барьер, поставленный владыкой, барьер, который не смог разрушить даже метеор, погубивший целый континент…

— У меня есть некоторый опыт в разрушении барьеров, — не очень уверенно ответил я. — Если бы я не мог его снять, стал бы Мор посылать меня сюда?

Драконица лишь с недоверием прищурила свои ярко-жёлтые глаза и повернула голову в сторону прохода:

— Твои слуги пришли в себя. Следуйте за мной.

Я повернулся и помахал рукой спешившей к нам парочке эльфов. Ванорз держал лук наготове, магическая тетива переливалась сконцентрированной тьмой. Хамель бежала чуть впереди, её руки были свободны.

— Это мои товарищи, а не слуги, — пояснил я драконице, но она уже не слушала, а шагала по направлению к широкой улице.

— Вы смогли договориться? — спросила меня даже не запыхавшаяся после бега Хамель.

— Более-менее, — неопределённо ответил я. — Пойдёмте, мне предстоит снять тот светящийся барьер.

Мы начали спускаться вслед за драконицей. Ванорз убрал лук; казалось, он был смущён своим внезапным побегом, хотя мне было невдомёк почему. Не по своей же вине он струсил. Шли мы на достаточном расстоянии от закованной в броню спутницы: пока мы ждали эльфов, она успела набрать приличную фору и явно не собиралась сбавлять ход, чтобы дать нам возможность догнать себя. Теперь, когда драконица повернулась к нам спиной, я увидел, что чуть пониже поясницы из её доспехов выглядывает хвост, покрытый чешуёй, схожей с пластинами доспеха. Длиной он был порядка метра и заканчивался острой двухлопастной стрелкой. Такой же чёрный, как и вся остальная броня, он органично с ней состыковывался и двигался без каких-либо проблем. И вот теперь, пока мы шагали по пыльным плитам улицы заброшенного города, я наблюдал за ритмичными помахиваниями этого хвоста в такт бронированным бёдрам драконицы и размышлял о природе её брони и самой способности превращаться из дракона в человекообразное существо.

Архитектура каменных зданий вокруг отличалась причудливым смешением острых готических черт с округлой и затейливой филигранью украшений на восточный лад. Такое сочетание я встречал впервые, но у меня создавалось стойкое чувство дежавю, какое бывает, когда видишь нечто родное, пусть и давно позабытое. Я помнил здание Первохрама, площадь рядом с ним из воспоминаний богини… возможно, именно с этим связано такое странное ощущение?

Дома сохранились очень хорошо. Временами казалось, что в них и сейчас живут люди, и лишь лежащий местами весьма солидный слой пыли говорил об уйме прошедшего с тех пор времени. Мы миновали крупную площадь, два раза повернули по чуть меньшим, но всё же достаточно широким улицам и наконец вышли к барьеру. Уходящая ввысь стена купола перекрывала улицу, проходя почти вровень с двухэтажным зданием слева и захватив добрую половину длинного, похожего на склад, дома справа.