Ванорза он планировал лично помариновать, отправляя на перерождение до тех пор, пока не опустит его до пятого уровня. Этого вполне достаточно, чтобы поддержать слухи о том, что нельзя вот так безнаказанно взять и кинуть русских. Про дварфа-нежить он даже не думал — грохнуть заново, и дело с концом.
Вот только Ёж прибыл в Дифус, на несколько минут разминувшись с нужной ему группой. И теперь приходилось опять сломя голову нестись вслед за ними по лесу. Захар сообщил, что таверну они покинули в сопровождении жреца, а значит, драэлин решили спрятать беглецов, телепортировав их куда-нибудь подальше. Но Ёж всё же не терял надежды догнать их до того, как они успеют переместиться. Надо всего лишь подстрелить Безымянного, чтобы отправить его на точку возрождения в таверну, ну и не попасться на глаза его спутникам, чтобы остаться неизвестным снайпером… Ёж сильно сомневался, что жрец успеет среагировать и уж тем более догнать его потом.
«Беглецы должны быть уже совсем рядом», — подумал Ёж, когда услышал нарастающий гул. Выхватив лук и на ходу накладывая стрелу на тетиву, он бросился вперёд и успел увидеть спины четырёх фигур, исчезавших в яркой вспышке телепортации. «Опять опоздал!!!» — калёным железом горела мысль у него в голове; Ёж выругался про себя и тут же скрылся в лесу; из-за вспышки оставшийся у портального круга жрец его не заметил. Теперь можно было не торопиться и убираться в назначенную ему ссылку. «А этому гаду я ещё всё припомню, — со злостью думал он, — надо обратиться к Петровичу, он рано или поздно обязательно его разыщет»
.
Люпа едва ли не дрожал от переполнявшего его предвкушения, пока ковылял за высоким пепельноволосым жрецом, с которым путешествовал вот уже несколько дней. Сразу после злополучного собрания, где всё складывалось так замечательно, пока не нагрянул Ванорз со своими спутниками, его взяли под стражу, и даже сейчас позади них шли двое хорошо вооружённых гвардейца драэлин. Их уровня, как, впрочем, и уровня жреца, Люпа не видел, а значит, он был так высок, что всякая попытка оказать им сопротивление заранее была обречена на провал.
Но плут и не думал сопротивляться. После провальной встречи его отконвоировали в шатёр, куда вскоре явился Верховный жрец и в своей раздражающе снисходительной манере долго расспрашивал провалившегося конспиратора. Люпа очень старался рассмотреть на лице старика хоть какие-то проявления злости, обиды или недовольства, но напрасно: драэлин говорил мягко, с добротой, казавшейся плуту напускной, и сразу заявил, что совершенно не винит юношу в его безрассудной выходке: мол, артефакт-то они вернули, а значит, Люпа может рассчитывать получить свою награду.