Пробую усиливать или ослаблять атаки, получается недурно, но в теле нарастает онемение — верный признак, что пропустил через себя очень много энергии.

Я просидел в тренировочном зале до самого вечера, экспериментируя с лезвиями Ци и пытаясь таки освоить «железную рубашку», но с той все выходило очень печально. Возможно, если бы рядом стоял кто-то и пытался тыкать меня иглой, я бы быстрее разобрался, как создать защитную технику.

Перед тем, как лечь спать (все еще опасаюсь скользить вдоль линии, соединяющей мои тела), я зашел в биолабораторию.

Вместо орса некроголема в контейнере лежал стеклянный шприц размером с мизинец. Жидкость внутри шприца слегка светилась неприятным зеленым светом.

Я призвал шкатулку и положил в нее стеклянный сосуд.

Монокль при взгляде на шприц не показал ничего, кроме стандартного «усилитель». Впрочем, он и орсы друг от друга не отличал.

Надо прокачивать подзорную трубу — благо, торговцу я монеты передал, и люди должны возобновить поставки пустых островов.

Думаю, у меня скоро будет такая возможность. А там, как знать, может и статусы людей видеть получится?

В любом случае, улетать от Бастиона сейчас не вариант. За последнюю неделю, когда я плотно занялся развитием острова, я прокачал его сильнее, чем за все время до этого, и качать здесь ещё можно массу всего, начиная от прочности и маневренности, и заканчивая постройками, которые можно доводить до капа и даже дальше, как показала биолаборатория.

Правда, прокачивать можно не все — все-таки тренировочный зал больше улучшить не получится.

Зато все остальное обязательно качну на максимум. Я уверен, что никого так самозабвенно не прокачивают — по двадцать-тридцать человек рубят «легкие деньги», буксируя мне пару-тройку островов. День-два работы, и можешь купить артефакт в виде магического жезла, с помощью которого можешь ночью добыть какой-нибудь облик, закидав молниями или огненными шарами какую-нибудь страхолюдину, даже не причаливая к острову противника.

Возможно, у меня самый прокачанный остров, если вояки так же отрядом не таскают каменюги для одного из своих.

Жизнь удалась.

— … и поэтому орс, который ты получил от людоеда, нужно отдать нам, — закончил долгую речь секретарь полковника.

Мужчина застал меня в столовой, на завтраке. Присел напротив, и пока я уничтожал фаршированные перцы и кашу, попытался обрисовать, почему я должен отдать ценный трофей. Упирал на опасность употребления таких орсов, на важность их для всех, кого можно, упомянул группу ученых, где которых переоборудовали здание гостиницы в пяти километрах от нас.