Когда пареньку исполнилось шестнадцать, его отправили в колледж, а сама семья спешно продала квартиру и уехала втайне от подростка. И пусть ему выделили место в общежитии, денег на проживание ему никто не оставил, как и не научил, как эти деньги зарабатывать. Другие студенты покупали лапшу на деньги родителей, но наш паренек страдал от жуткого голода — он хотел есть, ужасно хотел есть , но у него не было денег, чтобы купить нормальную еду. Животные ему уже приелись, от их мяса студента выворачивало. Он пытался узнать, где можно заработать денег и купить самой обычной еды, вот только в городе не было работы для подростка, а товарищи по общежитию вскоре перестали угощать вечно голодного соседа.

Голос охрип. Я откашлялся, оглянулся на Катю. Студентка снимала меня и не показывала беспокойства. Тогда я продолжил.

— Когда студенты начали пропадать, никто не забил тревогу. Юноша выбирал людей без семей, которых никто не хватится. Вместе с людьми он забирал и вещи, обставляя исчезновение как побег. Когда его все-таки поймали, он невинно улыбался и пожимал плечами. Говорил, что просто был голоден.

— Парня увезли в участок, — неожиданно добавила Катя. Хотела бы я сказать «и больше в этом месте он не появлялся», но в этом общежитии с того самого дня начали происходить необъяснимые вещи. Каждую ночь общежитие наполнялось запахом жаренного мяса. Священник, которого пригласил комендант общежития, отказался заходить за порог, а в полночь студенты видели человека с громадным молотком для отбивания мяса. История этого места закончилась пожаром — благо, все успели выбежать из общежития.

Запах жаренного мяса хлынул на нас с новой силой. Черт! Надеюсь, идиотка не создаст нечто неубиваемое.

— Кто-то говорил, что засранца нужно было просто убить, благо он был обычным, пусть и сумасшедшим человеком, — торопливо добавил я. — Слушай, Кать, давай я буду рассказывать, а? Тут и так придется половину звука замазывать, давай уже остановимся на этом.

— Ладно. Кстати, интересная история, но если думаешь, будто ее достаточно, чтобы испугать меня, ты ошибаешься, — уверенно сказала девушка.

Я посмотрел на нее. Катя пыталась казаться храброй, но я видел, что ее пальцы с силой впились в корпуса телефонов.

Я показал Кате на коридор, ведущий вглубь здания. Девушка пошагала вперед гораздо менее уверенно.

Катя навела телефон на лежащий в проходе грязно-белый комок и выругалась дрожащим голосом

— Это… Это кот!

— Может, бомжи игрались? — Неуверенно спросил я, хотя сам уже понял — дело не в бомжах. — Или сам забрел и умер…