— Последние штрихи, — сказал я, ставя свечку. — Это для антуража. И давай пока закончим с вопросами? Все-таки это в сеть попадет, и мне хочется напустить мистики, чтобы люди сами сделали вывод, что это ритуал.

— Хорошо, извини. Это тогда тоже переснимем. Если хочешь, я заново сниму все, только молча.

— Нет, не нужно.

Как только я зажег свечу, по спине прополз холодок. Судя по лицу девушки, она почувствовала то же самое.

— Все в порядке? — Заботливо спрашиваю я, косясь в угол. По углам теперь клубился туман, но видел его только я — когда на туман наводила фонарь Катя, тот исчезал.

— Да, нормально, — спокойно пожимает плечами девушка.

Мы дошли до конца узкого коридора, и оказались в большом пустом холле. По затылку пробежались мурашки — когда я бывал здесь пару лет назад, в конце холла была лестница. Значит, ритуал уже сработал, и этот холл находится не на Земле.

Сквозняков не было, а вот холодок ощущался. В воздухе едва уловимо пахло жаренным мясом. Я не стал разбираться, откуда прилетел этот запах, с какого-нибудь далекого ресторана или с потустороннего мира — просто решил включить запах в историю, переплетая его с фактами.

Катя была спокойна: молча осветила холл и посмотрела на меня, будто спрашивая — куда дальше? Киваю ей на второй коридор и продолжаю историю.

— Странности начались, когда ему было восемь — домашние животные этой семьи пропадали, а потом их находили мертвыми в мусорных баках за домом. Мальчик сознался — ему интересно, что находится внутри них, что заставляет их работать. Услышав такое откровение, отец, который несмотря на свое отношение к сыну, ни разу не поднимал на него руку, ремнем высек парнишку до крови. Ему казалось, он выбивает дурь из сына, но на самом деле он выбивал из сына человечность.

После этого отца стали мучать кошмары. Просыпаясь ночью, мужчина видел в дверном проеме худенькую фигуру сына. Ужас охватывал и сковывал главу семьи так, что встать или закричать он не мог — тело не повиновалось.

Когда мальчику было четырнадцать лет, в окрестных домах не осталось бродячих собак и котов — если животное выходило за пределы квартиры, оно пропадало, а потом мертвую тушку находили в мусорных баках. Зачастую у животного не было лапы, головы, языка, а безумный парнишка почти перестал есть дома, хотя рос, будто на дрожжах. Подростку никто из соседей ничего не говорил — его боялись даже родители. Милиция провела пару бесед с ребенком, а потом развела руками — никто не видел, как подросток похищает или убивает животных, камеры в квартале кто-то разбивал, а сам паренек, наученный розгами отца, все отрицал.