Сунув руку под подушку нащупал какой-то предмет, вроде картонка или…
Вытащив, присмотрелся. Фотография? Групповая. Та самая, которую мы делали всей ставкой перед вторым боем. Вот Винс, вот Дитрих… Вот я. И что-то здесь… в полутьме было не разобрать, я поднялся и одернул штору, а потом присмотрелся.
Пять десятков мужчин и женщин, три тяжа, две мехи. И большая часть крест-накрест зачеркнута красным. Прямо рядами — крест, крест, крест. Видимо, все погибшие за эти два боя.
Тупо поглядев на лист я перевернул и совсем не удивился надписи с другой стороны. Тем же красным маркером.
«Кто следующий, убийца⁈»
Я даже ковырнул пальцем, но надпись была просто надписью. И можно спорить, что все зачеркнутые действительно погибли.
Сев на кровать я снова присмотрелся к лицам. Все, кроме меня, улыбаются. Если знать, что написано сзади, то любому понятно, что вот эта хмурая рожа и есть главный злодей. И улыбнуться его заставит лишь новый крестик. Пожав плечами, я положил снимок на тумбочку, с сомнением посмотрел на окно, все-таки нашел силы встать и задернуть шторы обратно. Потом стащил одежду, залез под одеяло и снова закрыл глаза. Врачи тоже дураки. Сейчас бы аптечку, три укола и спокойный сон без сновидений. Без глупых мыслей, без всей этой чуши с заговорами, общественным мнением, зародышами т"эпидемий и прочим.
А главное, без серости, которая так надоела.
Кто следующий?
Если бы я знал.
Таблетки, которые принес утром Гоф, сделали мир чуть более приятным местом. Эффект оказался как при залезании в доспех, то есть я был все тем же внутри, но моей оболочке удавалось выглядеть почти как нормальному человеку. Похоже на «тишину», но как-то иначе. Не уверен, что именно этого добивались при их назначении, впрочем, меня все устраивало. Можно жить? Можно работать? Отлично, сойдет.
Правда, врачи сказали что я идиот, которому стоит долечиться хоть раз. Леннар передал их слова с выражением и ждал какой-то реакции. Не дождался.
— Сегодня что-то есть особенное?
— Только запись программы на телевидении. Тебя очень просили присутствовать.
— Хорошо. Что-то еще?
— Нет, никто не ожидал, что ты так рано сбежишь.
Не ожидали, но приглашение на съемку есть. Бао говорил, наверное, об этом.
— Зайди за мной заранее.
Ни слова о тренировках, ничего о новых рыцарях. Словно все закончилось и карантин сняли. Нет, может быть серьезно меня не ждали, но сомневаюсь.
— Новые пилоты сейчас где?
— На тренировочной площадке, отрабатывают наши приемы. Тебе еще рано активно работать, так что пока они в одиночку.
Он что-то говорил о том, что даже Ханна сидит, лечится, и мне бы стоило взять с нее пример, но я не слушал. Сам понимаю, но какой смысл торчать в больнице, если все, что от меня требуется, это лежать и давать работать лекарствам? Здесь я тоже полежать могу, а повязки сменить в казармах найдется кому. У меня дела, у меня доспех разбитый. Хотя у меня теперь постоянно дела и постоянно разбитый доспех. Обычная жизнь пилота во время т"эпидемии.