– Оля, у меня юбка на булавке, – напомнила я, судорожно сжимая золотистую флешку в кулаке. – Какая из меня Мата Хари? Я скорее похожа на колобка, который сбежал от лисы и решил вернуться за сдачей.

Но мою подругу было не остановить. Так всегда было, когда наступали на её любимую мозоль – несправедливость. Оля превращалась в локомотив, который нёсся, не видя препяствий.

Мы влетели в лобби бизнес-центра, игнорируя ошарашенный взгляд охранника. Мой пропуск еще работал – видимо, Шариков в своей ярости забыл нажать на кнопку «аннигилировать Ковригину».

Двери лифта разъехались на тридцатом этаже. Возле кабинета Яна Аристарховича уже стоял Аркадий Аполлонович Семплеяров. Он выглядел как ожившая иллюстрация к учебнику «Как выглядит заместитель босса по безопасности». Серый костюм, постная физиономия и кожаная папка в руках.

– Татьяна Дмитриевна? – он вскинул брови, поправляя очки. – Вы не расслышали распоряжение шефа? Ваше присутствие здесь нежелательно. Охрана уже…

– А вы, Аркадий Аполлонович, не расслышали мой ответ шефу? – я отодвинула его плечом, удивляясь собственной наглости. – С дороги. У нас сеанс разоблачения.

Я толкнула тяжёлую дверь кабинета. Ян Аристархович стоял у окна, заложив руки за спину. Услышав шум, он медленно обернулся. В его взгляде всё еще клубилась та самая арктическая стужа, смешанная с какой-то новой, болезненной тревогой.

– Я же сказал: через час, – холодно произнес он и кольнул взглядом мою подругу. – И без группы поддержки.

– Через час я буду занята поеданием огурцов, – я прошла к столу и с грохотом опустила на него сумку-крокодила. – А сейчас, Ян Аристархович, мы будем смотреть кино. Аркадий Аполлонович, заходите, не стесняйтесь. Вы же так гордитесь своей новой системой безопасности, которую внедрили полгода назад, верно? Ах, извините. Седьмой месяц уже пошёл!

Семплеяров зашёл в кабинет, плотно прикрыв за собой дверь. Его пальцы, сжимающие папку, едва заметно дрожали.

– Система работает безупречно, – отчеканил он. – Именно благодаря ей мы увидели, как вы выносите документы в сумке.

– Вы увидели то, что хотели увидеть, – я выложила на стол золотистую флешку. – Ян Аристархович, посмотрите. Это ваше?

Шариков подошёл ближе. Его глаза сузились.

– Это мой личный носитель. С мастер-копией проекта. Где ты её взяла?

– В вашем «крокодиле». В подкладке, – я указала на дыру в сумке. – Флешка пролежала там полгода и ещё чуть-чуть. С того самого утра в Самаре, когда я в темноте случайно сгребла со стола визитку и этот «брелок» вместо своих золотых колец и любимых серёжек.