Мирная, почти идиллическая картина.

Но полковнику Павлу Светлову, начальнику Пограничного управления Приморской губернии, было ничуть не радостно. В кабинете шло совещание, и каждый новый доклад только усугублял его паршивое настроение.

— … таким образом, ваше превосходительство, ещё две группы… — молодой капитан, стоявший по стойке смирно, нервно сглотнул, прежде чем закончить фразу, — … пропали.

Светлов медленно повернулся в своём массивном кресле, и его взгляд впился в подчинённого.

— Что значит, «пропали»?

— Связь прервалась. Последнее местоположение маячков зафиксировано, но поисковые группы ничего не обнаружили. Ни тел, ни следов борьбы, ни крови… Вообще ничего. Даже гильзы не нашли. Как будто их там и не было.

— Есть подозрение, — осторожно добавил седовласый майор, начальник отдела связи, — что маячки начали глушить заранее. Сигнал слабел постепенно, на протяжении нескольких минут, а потом пропал окончательно. Похоже, их вели, подавляя связь, а потом…

— А потом что⁈ — рявкнул Светлов. — Как это, к чёрту, «заранее»⁈ Вы хотите сказать, что у каких-то сраных контрабандистов есть технологии, способные глушить наши защищённые каналы⁈ Каналы, на которые Империя тратит кучу государственных денег⁈

— Получается, так, — виновато развёл руками майор.

— «Получается»⁈ — взревел полковник. — Да вы у меня сгниете на гауптвахте, утырки! Что значит «получается»⁈ У нас самые надёжные и защищённые каналы связи в Империи! Их невозможно заглушить вот так, на марше! Таких технологий даже у нас нет! А вы мне тут лепечете «получается»!

Подчинённые вжали головы в плечи, боясь поднять взгляд.

Он осёкся, тяжело дыша. Кричать было бесполезно. Эти двое перед ним — просто исполнители, винтики в огромной, проржавевшей машине. Они виноваты не больше, чем он сам. Виновата вся система, прогнившая от столичных кабинетов до богом забытой заставы. Но признать это — значило расписаться в собственном бессилии. А полковник Светлов не привык сдаваться.

Его ярость понемногу уступала место ледяной тоске. Ещё два рапорта о провале на стол канцлеру Барышникову, и его карьера, выстроенная за двадцать лет безупречной службы, полетит к чертям. Его просто сошлют куда-нибудь на север, командовать погранзаставой из трёх калек и одной собаки. А на его место посадят очередного сынка какого-нибудь столичного аристократа.

— Что говорит Имперская Канцелярия? — немного остыв, спросил Светлов. — Какие новости с той стороны? Почему разведчики молчат?

Подчинённые переглянулись.

— Простите, ваше превосходительство, но это не в нашей компетенции, — осторожно произнёс майор.