— Первичные выводы? — Бас главы иерархии привычно рокотал.

— Ничего хорошего, — холодно ответил аналитик. — На данный момент я могу с уверенностью утверждать, что многие наши проекты, в том числе и украинский, тайно, ради каких-то своих целей поддерживали темные. Мы об этом не имели понятия, что немало говорит о качестве работы наших спецслужб. Понятно, что оппоненты работали через подставных лиц и общественные фонды, но не в этом суть. Сейчас они поддержку полностью прекратили, вывели свои деньги и зачистили фигуры влияния, после чего в реализации проектов начались сбои. На Украине же вообще катастрофа, поскольку наверх там выведены не те люди, без контроля со стороны сразу начавшие совершать кардинальные ошибки, из-за которых общество еще сильнее раскололось. В итоге можно ожидать полномасштабную гражданскую войну к концу года, противоречия разных слоев общества нарастают с каждым днем, и вскоре за оружие возьмутся даже обыватели, которым разборки радикалов и постоянное ухудшение уровня жизни надоели до зубной боли. Думаю, пора полностью дистанцироваться от националистов и свернуть их поддержку, пользы от них больше нет, сплошной вред.

Невозмутимость на миг изменила Дэвису, его голос дрогнул:

— Думаю, мы изначально ошиблись и поставили на Украине не на тех. Чем нужно было думать, чтобы первым законом нового правительства после свержения Януковича стала отмена статуса русского языка⁈ Однозначно не головой. В русскоязычных областях и так никогда не любили западных украинцев, считая их нацистами, а после этого утвердились в своем мнении окончательно. Потому и началась заварушка на Донбассе, восточные украинцы, большей частью говорящие по-русски, не выдержали такого надругательства над собой. А ведь вполне можно было обойтись без этого…

— Мы хотели заманить Россию в ловушку, втянув ее в войну.

— Не получилось, — насмешливо осклабился аналитик, всегда ведущий себя независимо, что порой сильно раздражало главу иерархии. — Не пришла она на войну. Даже ваша крымская ловушка пошла на пользу России и только России, хоть и обошлась ей очень дорого. Причем назад отыгрывать стало поздно еще в том же 14-м году, основные процессы были запущены без возможности остановки. Да вы, впрочем, и не хотели останавливать, считали, что со всем справитесь. А что теперь?

— Не знаю, — хмуро проворчал Альвен. — Что посоветуете?

— Не рискну сейчас ничего советовать. В данных обстоятельствах любой наш ход ведет к проигрышу, поэтому предлагаю выждать. А когда станет ясно, в какую сторону все пошло, тогда и реагировать.