Он немного помолчал, стуча пальцами по колену, затем буркнул:

— Если официальный запрос подать, то Васька, хитрован чертов, кучу пустых словес в ответ пришлет, но ничего конкретного не скажет…

— Васька?.. — недоуменно посмотрели на него остальные двое.

— Командир в/ч 116/2, подполковник Василий Хмелин, мой старый приятель, — пояснил эфесбешник. — Позвоню-ка я ему…

Достав мобильник, он быстро нашел какой-то номер в списке контактов и нажал на кнопку связи. Некоторое время ничего не происходило, а затем Головатов оживился и бросил:

— Привет, Васян! Что, не узнал? Ну, богатым буду! Да-да, Николай! Как жизнь молодая?

Он отнял телефон от уха и включил громкую связь.

— Да какая молодая! — донеслось из динамика. — Мы тут не в кабинетах сидим, а солдатиков на полигонах гоняем. Чего хотел-то?

— Да я летом, наверное, буду в ваших краях.

— Заезжай, шашлычку сожрем под беленькую, в баньке попаримся.

— Заеду-заеду, — пообещал Головатов. — Слушай, можешь выручить по старой дружбе?

— А чего надо-то? — осторожно поинтересовался Хмелин.

— Да мы тут на одного твоего бывшего солдатика инфу роем, хотелось бы знать, что он за человек и чего от него ждать. Гарантирую, что официально твое имя нигде даже не промелькнет!

— Жучара ты… — посетовал подполковник. — Вот знал, что не просто так звонишь. Кто тебя интересует? Я могу и не помнить, солдатиков в части много.

— Белозерцев Андрей, — сообщил Головатов.

— А, этот… — протянул Хмелин. — Вляпался все-таки, правдолюб недоделанный. Ну, этого стоило ожидать.

— А подробнее?..

— Что тут рассказывать? Не желал он ни под кого гнуться, хоть ты тресни. Ни под дедов, хоть избивали сильно, ни под офицеров, если что-то не по уставу хотели. Нет бы по-человечески помочь, когда просят, все жаловаться норовил. Четыре комиссии из-за его писулек приезжали! Причем флегматичный вроде парень, но все, что считал несправедливостью, в штыки принимал, не понимая, что против системы переть не надо. Когда его призыв дедушками стал, он начал своим же мешать духов строить. В общем, пер против всех, за что и получал. Я, если честно, когда он дембельнулся, перекрестился — слишком много проблем от одного двадцатилетнего пацана было. А что он натворил-то?

— Пока неясно, — неохотно ответил Головатов. — Может, и не связан он со всем этим, но…

— Погоди, уж не о грохнутых ли олигархах ты говоришь? — В голосе Хмелина появилось уважительное опасение. — Неужто правдолюб в этом отметился?..

Лицо эфесбешника перекосилось от досады: забыл, насколько догадлив и умен его старый приятель. И всегда нос по ветру держит.