Правосек с трудом поднялся с четверенек, голова гудела, что тот колокол — ох, и перебрали же вчера! Он потянулся, довольно гыкнул и двинулся к ближним кустам, собираясь облегчиться. Но кустов на прежнем месте не обнаружил. Да что там кустов, ничего знакомого вокруг не было! Шагах в ста высились огромные деревья обхвата в три толщиной, все покрытые корявыми, слабо шевелящимися, пускающими слизь наростами, очень высоко над ними шелестела листва странного цвета. Приглядевшись, Олесь понял, что лилового. Он очумело потряс болящей головой и прохрипел:

— Эт чо за глюки?

Однако ничего не изменилось, и тогда правосек принялся щипать себя в надежде, что это сон. Но было больно, стало быть, не сон, и тогда он до смерти перепугался. Потоптался на месте, глядя то на деревья, то на черные скалы в виде грибов, то на пробегавшее в стороне от лагеря небольшое стадо шестиногих мохнатых зверюг с бивнями и рогами, а потом отчаянно завопил:

— Хлопцы, вставайте! Беда!

— Да заткнись ты, козлина, спать не мешай! — недовольно отозвался кто-то из второй палатки.

— Да вставайте ж, гляньте, чего тут творится!!!

Палатки зашевелились, и из них с матами полезли правосеки. Поначалу они чуть ли не с кулаками накидывались на разбудившего их, но одного взгляда на окружающее хватало, чтобы кулаки опускались. Двухметровый Марьян Швыдько, которого за размеры прозвали «медведем», вообще вытаращил глаза и едва не сел в остатки костра, когда мимо него пролетело нечто красно-черное с перепончатыми крыльями, пучками иголок на спине и зубастой пастью.

Поначалу народ впал в панику, но командир, Павло Хмара, дело свое знал и быстро навел порядок при помощи зуботычин. Потом повернулся к тихо воющему Олесю и рявнул:

— Чо воешь, как баба⁈ А ну заткнулся!

— Павло, ты не понял, что ли, где мы⁈

— А ты знаешь? Так говори!

— Помнишь, вчера тот придурок беловолосый с неба обещал всех наших с Земли убрать?

— Ну.

— Вот тебе и ну! Сделал он это! Гляди!

Он показал куда-то пальцем, и все пятьдесят правосеков повернулись в ту сторону. Увиденное заставило их ошарашенно замереть на месте. Над горизонтом одно за другим медленно всходили два небольших солнца, зеленое и оранжевое. В это мгновение до каждого дошло, что они очень далеко от неньки-Украины, уж на что они плохо учились в школе, но все же знали, что у планеты Земля Солнце одно.

— Молчать! — прекратил начавшийся было гомон Павло. — Значит, выкинул нас таки, падла проклятая…

— Он же говорил, что ангел… — осторожно заметил кто-то.

— А хоть и ангел! — вызверился на него командир. — Кто не с нами, тот против нас! Украина превыше всего!