Глава 12
Я не нахожу себе места. С того момента, как вышла из комнаты Люды, я хожу по кухне из одного угла в другой и не знаю, что делать. Мои мысли так хаотичны, что я не могу сосредоточиться ни на чем другом или на одной из них. Мне хочется позвонить Максу и, раз дочь не рассказывает, что произошло конкретно, то узнать у него… Но… я не делаю этого. Тоже не имею понятия почему. Возможно, виной тому его взгляд? В его глазах стояли слезы. Там была боль и разочарование. Они читались так же легко, как если бы я взяла книгу с полки. Почему? Сожаление о том, что он ударил Люду? Разочарование в самом себе от этого поступка? Или… боль, которую он испытал из-за той самой причины, о которой мне было неизвестно? – Боже, – вздыхаю и нажимаю на кнопку чайника. Как только он подогревает воду до температуры, достаточной для того, чтобы не обжечь губы, я делаю себе кофе и выпиваю его, даже не заметив, как быстро это делаю. Обычно я смакую этот вкус и наслаждаюсь. Пусть это не какой-то зерновой кофе из Эфиопии, а обычный растворимый, но я умею находить прелести в таких вещах. Иначе я была бы погребена под сожалением и мечтой о лучшей жизни. А мне нравилась моя. Я радовалась каждому дню. И если этот кофе стоял на моей кухне, значит, я буду радоваться ему и пить его, как будто он королевский. Отвлекшись на свои мысли, когда мой мобильный звонит, я вскрикиваю от испуга. – Бог мой, – прикладываю руку к груди и, подойдя к столу, вижу имя подруги. – Викуль, – отвечаю ей. – Ты скоро? – задает она вполне логичный вопрос. – О… это уже сегодня? – Ага. Ты в порядке? – тут же она чувствует мою растерянность. – Прости, пожалуйста. Я и забыла о нашей встрече, дорогая. – Что случилось? Отойдя на балкон, я шепчу в трубку: – Люда поссорилась с Максом. Кажется, он ее ударил, и она собрала вещи. – Господи, как она? – Более-менее. Я оставила ее в комнате. – Может, я приеду и… не знаю, поговорю с ней. Все же она моя крестница. Это, наверное, банально, но это правда. Вика стала крестной моей Люды, а я – крестной матерью Катюшки. Именно по этой причине, познакомившись с Ксюшей много лет позже, я не смогла стать крестной для ее Леры. Но она все равно была для меня как еще один ребенок. Что еще парадоксально, так это то, что у нас троих было по одному ребенку, и все они были девочками. Но… не знаю почему, Люда стала близкой подругой именно Леры, а с Катей у них как-то не задалось. Они не были врагами и уважали друг друга, но это не значило, что они писали друг другу смс и спрашивали, как дела, хотя бы раз