Глава 2
Тишина. Только телевизор продолжает бубнить что-то о футболе, но разобрать хоть слово не могу. Всё превратилось в какой-то монохромный звук. Муж сидит напротив с обречённым выражением лица. Быть может, сейчас он скажет, что пытался пошутить и понял, насколько он обречён. Но нет. Он просто молчит. – Ты… серьёзно? – голос дрожит, но я держусь. Федя избегает моего взгляда, пальцы нервно постукивают по столу. Даже отвечает не сразу. – Да. – Почему? – вырывается само собой. Но не пугливо, а скорее настойчиво. Не приходит человек с работы вечером в плохом настроении и не решает внезапно развестись. Он наконец поднимает глаза, и я вижу в них не привычную усталость, а что-то другое. Решимость? – Надоело. – Погоди, надоело? – пытаюсь угомонить бешеное сердце. – Что надоело? – уже почти кричу. – Я? Дом? Семья? Ты можешь говорить как человек. А то соловьём мне запевал только что, а сейчас по крошке выдаёшь. – Всё! – он резко встаёт, стул скрипит. – Понимаешь? Всё! – Не понимаю, – но молчу. Жду, что ещё скажет. – Каждый день одно и то же: работа, дом, ужин, сон. Как будто я уже лет двадцать мёртвый. – А я что, разве не в том же самом кручусь? – вскакиваю и загораживаю ему путь к выходу. – Или тебе кажется, что мне веселее? Куда идёшь? Давай, завёл разговор – значит, будем говорить. Он кивает и садится, но уже на моё место, а я – на второй стул. – Теперь попробуй с правды начать. Мне твоё «надоело» не служит поводом. Будто ты до нашего брака на Багамах проводил, а появилась в твоей жизни я – и тебя в деревню посадили под амбарный замок. Федор пожимает плечами. – Слишком рано мы семью создали. – Слишком поздно ты о презервативах подумал в студенчестве. Эдакий бык с эмблемой «Я успею». Не успел. Кого в этом винить? И зачем вообще винить кого-то в этом спустя двадцать четыре года? – Да не об этом я. Напридумывала уже. – А ты ртом говори, чтобы не додумывала сама. Страдаешь от того, что Люда у нас появилась рано, – я тебе ответила. Тебе сорок пять, и тут ты вспомнил о том, что было в наши двадцать. Другая ведь причина, не так ли? – Тань, не надо… Снова пытается встать. – Нет, ты объясни! – хватаю его за рукав. – Куда ты всё сбежать пытаешься? Сиди уже. Ты что, встретил кого-то? – Ну, дура. Ты не слышишь меня? – То есть я ещё и дура? – Да чтоб тебя! – ударяет ладонью по столу. – Хватит уже. – Вот с такой же прытью, только по факту говори. Уж за столько лет должна быть в тебе капля уважения, чтобы откровенно поговорить, а не оставлять вопросы. Он опускает голову. Кажется, будто