Я в очередной раз киваю, но как-то неуверенно, на автомате.

– Ты сможешь? – Он приподнимает мою голову за подбородок.

Нижняя губа предательски начинает дрожать.

– Стейси, ты сможешь меня отпустить? – Он хватает меня за плечи, заставляя сосредоточиться на своём вопросе.

– Я… я смогу, – голос звучит тихо и хрипло, и слёзы наконец прорываются наружу. Оставляют влажные дорожки на щеках, скатываются по подбородку, шее, капают на белые простыни. Дэниэль обхватывает мое лицо руками, нежно стирает большими пальцами влагу с моего лица.

– Тебе станет легче, – он притягивает меня к себе, продолжая успокаивать и убаюкивать, – обязательно станет. Не горюй обо мне, я того не стою…

А я всё плачу и плачу, не замечая ход времени, растовряясь в своей боли, до тех пор, пока слёзы просто не заканчиваются и не наступает момент, когда я должна покинуть любовь всей своей жизни.

***

– Это тебе! – Дэниэль протягивает мне конверт с письмом. Мы стоим рядом с картиной, являющейся порталом в реальность, и я чувствую себя совершенно опустошенной.

После того, как мне удалось обрести контроль над своими эмоциями, время пролетело незаметно. Я надела на себя первые попавшиеся вещи и на негнущихся ногах пошла в кабинет. Дэниэль следовал за мной, как приведение, пока мы не оказались друг напротив друга.

Я забираю письмо и прижимаю его к груди, не решаясь еще раз взглянуть на господина Де Лабома, как бы мне того не хотелось. Я уже знаю, что мне не станет легче. Его идеальные черты и так навечно врезались в мою память.

– В нём… просто знай, что в нём содержится всё то, о чём я не могу сказать тебе сейчас, не рискуя натворить глупостей. Обещай, что прочтешь его после того, как сожжешь портрет, не до этого. Я не хочу порождать в тебе лишние сомнения, но так же не хочу, чтобы мои мысли остались для тебя загадкой. Ты заслуживаешь знать…

Он протягивает руку к моему лицу, но я делаю шаг назад, так и не дав ему возможности коснуться меня. Не хочу встречаться с ним взглядом. Несколько раз мне приходилось убегать из картины, сбегать от него и своих чувств. Сбегать от той версии себя, которую ему удалось во мне раскрыть. Я зажмуриваюсь и чувствую его приближение, он целует меня в лоб, а затем мягко обхватывает запястье. Будто тысячи мелких иголок пронзают меня в том месте, где наша кожа соприкасается.

– Прощай, Стейси… Я… – он не заканчивает предложение. Моя ладонь, управляемая его рукой, касается картины, и когда я открываю глаза, то уже нахожусь в такой знакомой мне галерее, в доме господина Ришара.

– Прощай, Дэниэль.