Я уже несколько дней перед ломал голову пытаясь придумать что-то подходящее для объяснения странностей нашего похода. Почти две недели огибать Балканский полуостров, когда это явно можно было сделать дня за три-четыре максимум. Наши генералы безвылазно находились в своих каютах и даже не выходили в кают-компанию. Наш пароход, как черт от ладана, шарахался даже от простых рыбацких лодок, е говоря уже о каких-то более крупных кораблях. Несколько раз мы даже поднимали паруса и шли под ними, заглушив машины. У меня всё это начало вызывать подозрение, а не замыслили ли господа англичане что-то нехорошее и не превратится ли наш «освободительный» поход в добровольное путешествие в ад.

Похоже, что такие же мысли появились и у других наших офицеров, так как по пароходу все стали передвигаться только группами не меньше четырех человек, постоянно при оружии и в сопровождении наших нижних чинов.

Но все эти опасения ушли в прошлое, когда наш пароход встал на якоря, а на палубе появились наши генералы при полном параде и вместе с английским капитаном стали наблюдать как в бухту нашей совместной военно-морской славы заходит мощная союзная эскадра.

Я вместе со всеми другими офицерами тоже наблюдал эту картину и никак не мог избавиться от мысли, что это явно избыточно для выполнения такой задачи, которая официально стоит перед нами.

Похоже державы наших людей будут освобождать попутно выполнению другой более глобальной задачи. И скорее всего это будет добивание Мухаммада Али и передел его владений. Интересно мы будем участниками этого или простыми статистами?

Подобные мысли возникли не только у меня. Один из русских офицеров с которым я познакомился только на пароходе, капитан Овечкин, стоя рядом со мной, внимательно разглядывал в свою подзорную трубу строй кораблей заходящих в бухту.

Закончив это занятие он любезно предложил Василию воспользоваться его прибором и обратился ко мне:

— Прошу заранее простить меня за возможно бестактный вопрос, но вы, поручик, знаете историю Наваринского сражения? — вежливость капитана была на мой взгляд чрезмерной. Я реально знал эту страницу историю на два балла с минусом.

— Извиняться вам, господин капитан, не за что. Я действительно практически не знаю историю этого славного сражения.

Капитан Овечкин оперся локтями на поручень и задумчиво посмотрел на входящие в бухту корабли. Было видно, что он подбирает слова, чтобы не показаться занудным педантом, но при этом донести важную информацию. Ветер трепал волосы, и в профиль он напоминал тех морских волков, что украшают страницы приключенческих романов.