Скидывать «шапку» или благодарить коллег за помощь я и не подумал — дал Фениксу время отцентровать «Наваждение», плавно вывел его в открытый космос и легонечко подергал на боковых смещениях.

— Как ощущения? — спросил Цесаревич, сообразив, чем я занимаюсь.

— В принципе, терпимо… — честно сказал я, как-то почувствовал, что не успокоил, и добавил: — Такое чувство, что тащу две с половиной «Медузы». А это немного.

— А насколько это «немного» понизит потолок ваших возможностей?

— От силы на пару десятых стандартной единицы… — ответил я и добавил: — А это, как я уже сказал, терпимо.

Игорь Олегович коротко кивнул и снова заставил себя переключиться в рабочий режим:

— Что ж, тогда я спущусь во вторую каюту и «сяду» на МС-связь — надо согласовать с отцом столько вопросов, что страшно представлять. Кстати, чем там занята моя супруга?

Тут-то я «разведданными» от Костиной и поделился:

— Екатерина Петровна балансировала на грани сильнейшего нервного срыва. Но Мария Александровна подсунула ей очень сильное успокоительное, а после того, как оно заработало, убедила лечь в медкапсулу. Де-юре — на час-полтора. Но считает необходимым продержать в ней до тех пор, пока ваши профильные специалисты не создадут курс психологической реабилитации под программную оболочку «Психотерапевт», не адаптируют последнюю под стандартную вирткапсулу и не пришлют нам.

— Все настолько плохо ? — мрачно спросил Ромодановский, выслушал мой ответ и решительно встал с кресла: — Поставлю эти задачи прямо сейчас…

…Цесаревич «провисел» на МС-связи двое с лишним суток. Во вторую каюту, «оккупированную» им, я, естественно, не «заглядывал», но первые часа четыре добровольной самоизоляции Ромодановского переадресовывал каждое сообщение, приходившее не на мой идентификатор, на его ТК и подтверждал отправку каждого исходящего. Поэтому неслабо впечатлился загруженностью наследника престола. Ну, и переживал, понимая, что он зарывается в дела, чтобы как можно меньше думать о гибели сыновей и состоянии жены.

Да, пытался отвлечь, приглашая на завтраки, обеды и ужины. Увы, без толку — он благодарил за внимание, но ссылался на занятость, отказывался и обещал чем-нибудь перекусить. Однако не перекусывал: согласно логам ВСД, за эти двое суток только пил. Самую обычную минералку. А раздел «меню» с едой даже не открывал. Поэтому во вторник утром я решил принять меры. Но, понимая, что Ромодановский упрется, поставил себя на его место, придумал раздражитель, способный хорошенечко расшевелить, ровно в девять ноль-ноль «постучался» в тактический комплекс и загрузил: