к зеркалу. Серебряная игла. Магическая процедура. Сбор чего-то, что имело отношение к дару. Я не знала, что именно они делали, но прежняя Элиана боялась этой кушетки. Это чувствовалось не как воспоминание, а как след в мышцах: плечи напрягались, дыхание становилось поверхностным, пальцы сжимались. Я отступила от зеркала. Значит, лекарства были не единственным способом воздействия. Кто-то регулярно проводил надо мной процедуры. Возможно, пытался ослабить дар. Возможно, извлечь его. Или проверить, не передался ли он ребёнку. Я не стала строить выводы без доказательств. Пока это была только гипотеза. Но слишком много гипотез уже совпадало. Я вернулась к кровати и начала осматривать тело дальше. Платье или сорочка скрывали большую часть кожи, однако меня не интересовала скромность. Мне нужно было понять, что сделали с организмом. Я сняла верхнюю одежду и положила её на стул. Тело оказалось худее, чем выглядело в зеркале. Не просто стройное. Истощённое. Рёбра угадывались под кожей, мышцы рук были слабыми, на плечах выступали ключицы. Вес уходил постепенно, неделями или месяцами. Это не могло быть результатом одного приступа. Я осмотрела грудную клетку. Дыхание ровное, хотя глубокий вдох вызывал неприятное тянущее ощущение. На правом боку — желтоватое пятно, след старого ушиба. На левом плече — несколько мелких круглых отметин. Они располагались почти в ряд, как следы от присосок или металлических дисков. Я коснулась одного из них. Кожа была чувствительной. Воспоминание пришло сразу. Комната, наполненная запахом ладана. Элиана лежит на кушетке. На её коже закреплены маленькие серебряные круги. Они светятся синим. Каждый импульс заставляет мышцы сокращаться. Селия стоит возле стены. — Это больно? — спрашивает она. — Нет, — отвечает Элиана. Но это ложь. Она стискивает зубы, чтобы не закричать. Маркус сидит в кресле. — Почему так долго? — Дар слабый, — отвечает лекарь. — Он сопротивляется. — Он должен быть сильнее. — Графиня истощена. — Тогда нужно увеличить дозу. Я резко отдёрнула руку. — Проклятие… Голос дрогнул. Я снова оглядела отметины. Процедуры проводились не один раз. Возможно, каждые несколько дней. Возможно, после каждой такой процедуры ей давали настой, чтобы скрыть последствия. Я начала считать. След от укола на локте. Проколы у затылка и за ухом. Круглые отметины на плече. Старый синяк на запястье. Ещё один — на другой руке. Я повернула кисти ладонями вверх. На правом запястье виднелась желтоватая полоса. На левом — фиолетовый след, почти сошедший. Синяки