больше не понимаю, но у меня так сильно чешутся руки от желания схватить все это добро перед своим носом и прочитать. Джек снова тяжело выдыхает и смотрит на раскиданные конверты как на своего главного врага. — Я доверю тебе , сынок. Когда все это закончится, останься рядом с Роуз, рядом со мной, пожалуйста. Сынок. Бум, бум и еще один бум. Я не могу слышать это ласковое слово из его уст. Каждый раз, когда он так заботливо разговаривает со мной, мне хочется переломать собственные кости, только бы не чувствовать вину за то, что пользуюсь этими людьми. Я достиг того доверия, к которому стремился и у меня есть информация для Аритомо. Но вот желания передавать ее ему вообще никакого нет. — Мэрилайн убили, — прерывает тишину мужчина. — Это никогда не было случайностью. Роуз лишили матери осознанно. Примерно за два месяца до аварии, мы с женой много ругались, она была сама не своя. Мы даже посетили семейную психотерапию, правда, она не особо помогла. Чуть позже мне стала понятна причина, — подняв красный конверт, заключает он. — Вы не отец этого ребенка, — делаю известным нам обоим вывод я. Джек качает головой. — Мне даже не нужно открывать этот конверт, чтобы узнать об этом. — Почему вы оставили это дело? Почему не докопались до истины? Мужчина снова поднимается, убирая на место дневник и складывая все обратно в папку. Он не спешит садиться обратно, вместо этого обходит диван и встает ко мне спиной, глядя в окно, за которым все еще бушует непогода. По стеклам бьют крупные капли ливня, лишь усиливая печаль Джека. — Каждый раз, когда мне становится слишком грустно, начинается ливень. Когда я находился в бреду, после похорон, мне казалось, что это Мэрилайн плачет вместе со мной. — Повернувшись спиной к окну, он засовывает руки в карманы и, опершись поясницей на подоконник, смотрит на меня. — Я оставил это дело, потому что моей дочери нужен был отец. Огромные ресурсы не приносили результата, я тратил огромный бюджет на разгадку этого всего, однако никто не смог мне помочь. В начале совей карьеры я даже тратил бюджет, выделяемый государством на процветание города, за это меня чуть не лишили должность. Когда я понял, что теряю себя, что Роуз сейчас тоже тяжело и я нужен ей весь, решил отложить поиски правды на то время, когда моя дочь повзрослеет и станет более самостоятельной. — И время пришло, — заключаю я. — Да, и время пришло, вот только теперь у нас есть проблемы похуже. Между нами, Хантер, но я думаю, что то, что происходит сейчас, связано с Мэрилайн. — Вам нужно