- Травой… И фруктам!
- А если он не есть траву и фрукты?
- Ну… - Кармен слегка растерялась. – А что он еще может есть?
- Некоторые жуки питаются мухами, гусеницами, даже другими жуками.
- Но мой совсем не такой! – Похоже, Кармен ужаснула перспектива растить жука, пожирающего себе подобных.
- Откуда ты знаешь?
- Мой жук не такой, - упрямо повторила она. Я мягко взяла ее пухлые ручки.
- Может, он и вправду не такой… Но ты этого не знаешь. Если будешь кормить его неправильно, он точно не станет расти, а просто умрет от голода. Жуки ведь очень хрупкие создания, особенно по сравнению с нами. Смотри, ты держишь его так крепко, что ему совсем нечем дышать. Не говоря уж о том, что так его можно раздавить.
- Нет, я его не раздавила! – Кармен поспешно разжала ладони, демонстрируя еще живого пленника. Оказавшись на свободе, тот немедленно рванул вверх по ее рукаву. – Видите, как он бегает!
Пансионерки дружно взвизгнули.
- Вижу, - согласилась я, после чего поймала жука платком, отнесла к окну и вытряхнула за подоконник. – Но будет лучше выпустить его на улицу, там он точно найдет себе еду по вкусу.
Недавний пленник расправил жесткие надкрылья и с жужжанием спланировал на мостовую. Расстроенная Кармен проводила взглядом.
- Почему мне нельзя его оставить, сеньорита?
- Мне жаль, дорогая, но жуки не живут в коробках, они там только умирают.
- Но ведь птицы живут в клетках!
- Живут, но только домашние прирученные птицы, за которыми хорошо и правильно ухаживают их хозяева. А жуку не подойдет ни клетка, ни коробка – ему нужен особый дом и еда, к которой он привык, свежий воздух, вода, земля или песок. Тогда жук не догадается, что его взяли в плен, и проживет столько, сколько ему отведено природой. Так что если хочешь растить жуков, Кармен, тебе нужно стать настоящим натуралистом, а для этого надо много учиться.
- И набраться ума, - тихо произнесла Фелисия. Я глянула на нее мельком, потом улыбнулась малышке.
- Ладно, сеньориты, займите свои места.
Пансионерки зашуршали юбками, выстраиваясь по обе стороны длинного стола, и как раз вовремя – в класс с молитвенником в руках вошла директриса. На сей раз приветствие девочек прозвучало куда как слаженно, и я отошла к окну, почти не вслушиваясь в привычное уху бормотание. Как ни странно, донья Марианна Аридо, обладавшая осанкой и звучным голосом полкового командира, предпочитала проговаривать молитвы быстро и тихо, словно боялась, что кто-то подслушает ее обращение к создателю. В остальном же робость была ей свойственна в той же степени, как Пинто приветливость – то есть никак.