— Уже не уверен, — пробормотала эльфятина, под кивки напарника-человека.

Чем меня порадовали искренне: галочку в графе «ежедневное злодейство» я поставил с чистой совестью.

— Вам нужно сопровождение? — помог ушастому человек.

— Не особо. Куда идти — помню. А теперь и знаю — куда, — оповестил я.

И потопал в обитель местного хакерья. Потому что «вам вообще недоступно» от Матвея — это, извиняюсь, как? Я может, по сетке хочу поползать, по порносайтам небывальским или вики какой. Не особо нужно, но «вам нельзя» — попирает моё всё!

Да и практическое применение очень вкусное, так что желаю, бурчал я себе под нос, вщемливаясь в соответствующую лабораторию.

Начальником, кстати, на удивление был «почти» не маг, а больше как раз какой-то прогер, как я понял, устраивая бедолаге допрос с пристрастием. Он думал от моей бессмертной персоны отделаться какими-то сотрудниками, но это он погорячился.

Я сначала ему мозг выем, а потом можно и подчинённым. Согласно субординации.

— Артём, всё это замечательно. Как и то, что бинарная кодировка адаптируется под сеть небывальщины, — прервал я рассказчика после десяти минут наукообразного блеяния. — А теперь на пальцах: что такое сетка? Почему она выделяется из небывальщины вообще и выделяется ли? И Матвей мне сказки рассказывал, что я с сеткой взаимодействовать не могу. Это так? И если так — то с какого хрена? Что за расизм сетевой? — вывалил я на лупающего глазами прогера.

— Хорошо. На пальцах, — несколько спустился с высот непонятной херни он. — Сетка — граница, точнее — часть границы материального и эфирного Мира. Если вам угодно — небывальщины.

— Угодно, — кивнул я. — И на этой границе, как тени, точнее — как отражения на воде — отражаются образы?

— Очень точное сравнение! — покивал он.

— Почему я не могу пользоваться? И если «образы» — то с хрена ли там гробятся люди? И весьма погано гробятся.

— Вы не можете пользоваться, потому что… слишком тяжёлый. Слишком эфирный. Вы — не вполне человек, вы это понимаете? — осторожно осведомился он.

— Понимаю и бить не буду, — покивал я.

— Хорошо. Так вот, вы, насколько я понимаю, и если аналогия с Ольгой близка — она тоже не столько метачеловек, сколько симбиотически перерождённая… у вас так же?

— Неважно. Как аналогия — приемлемо.

— Хорошо. Тело — инструмент воздействия. Сознание, личность, магические способности, да даже большая часть тела — в случае с Ольгой там… Неважно. Но находится в небывальщине. И вы просто… не комутируете с границей, проскакиваете её мгновенно, не можете задержаться… Понятно?

— Ну-у-у… — протянул я. — В принципе — да. Человек расклячен между материальным миром и небывальщиной. Елозит по связи и может «задержаться» на границе, так?