Я активировал Путь Пламени, телепортируясь на двадцать метров вперёд. Материализовался за демоном, там, где коридор продолжался дальше.

Демон развернулся снова. Быстрее, чем должен был. Одна из голов выплюнула что-то — чёрную субстанцию, летящую прямо на нас.

Щит Пламени Мёртвых Миров взлетел перед нами. Золотой огонь встретил чёрную массу. Субстанция шипела при контакте, испаряясь, но не полностью. Часть прорвалась, брызнула на мою руку.

Боль. Острая, жгучая. Кожа чернела, плоть растворялась, кость обнажалась. Демонический яд, концентрированная эссенция Пустоты, пожирающая жизнь при контакте.

Горнило взревело, посылая пламя в поражённую конечность. Огонь выжигал яд, остановил распространение, начал регенерацию. Медленно, мучительно, но плоть росла заново.

Вторая голова демона выплюнула ещё порцию яда. Третья раскрыла пасть, готовясь к новому крику.

Коридор петлял, разветвлялся. Мы выбирали направление наугад, лишь бы подальше от преследователя. Демон гнался за нами, его тело скользило по камню с отвратительным шуршанием хитина. Быстрее, чем мы могли бежать. Расстояние сокращалось.

Пятьдесят метров. Сорок. Тридцать.

— Там! — крикнула Мэй, указывая вперёд.

Проём в стене, узкий, едва заметный. Побочный проход, слишком маленький для демона такого размера. Мы нырнули внутрь, протиснулись через щель шириной с плечо.

Демон врезался в проём за нами. Тело застряло, слишком массивное для узкого прохода. Но голова — одна из трёх — протиснулась, вытянулась на длинной шее, пасть щёлкнула в сантиметрах от моей ноги.

Стрела Мерцающего Пламени. Прямо в открытую пасть. Взрыв внутри черепа, золотой огонь против демонической плоти. Голова отшатнулась, разбрызгивая чёрную кровь.

Демон взвыл — теперь уже двумя оставшимися целыми головами. Звук был ещё более искажённым, наполненным не только яростью, но и болью. Ну, или это я так и толковал его — не факт, что эмоции демонов имеют человеческие аналоги. Тело рванулось назад, вышло из проёма, исчезло в главном коридоре.

Мы не стали преследовать. Побежали дальше по узкому проходу, прочь от раненой, разъярённой твари.

Проход вёл вниз, становясь всё уже, всё более тесным. Потолок снижался, стены сжимались. Мэй создавала иллюзии позади нас — звуки обвалов, запахи дыма, что угодно, чтобы сбить демона со следа.

Наконец, коридор закончился. Просто закончился — тупик, глухая стена впереди.

— Приплыли, — выдохнул я.

Мэй изучала стену, ощупывала камень. Нашла что-то — неровность, едва заметную трещину.

— Потайной проход, — прошептала она. — Старый, очень старый. Видишь узор?