— Командное задание, — говорил он, пока Рийя записывала. — Вас поставят в смешанные группы. Официально это называется практикой взаимодействия. На деле чистокровные получают возможность показать, кто здесь главный, причем в контролируемых условиях. Академия устраивает это намеренно. Преподаватели все понимают, но предпочитают не вмешиваться.
— Зачем? — спросила Рийя, не отрываясь от блокнота.
— Потому что результат испытания важнее процесса. Если полукровки справляются плохо, значит, система работает как надо. Если хорошо, списывают на то, что задание было легкое. И так, и так у них все сходится.
— Красиво устроено, — сказала я.
— У них много таких ловушек. — Он не улыбнулся. — Главное, не отдавать чистокровным лидерство в самом начале. Иначе тебя аккуратно отодвинут в сторону, а в протоколе все равно запишут, что задание выполнено командой.
— Значит, нужно занять свою позицию раньше.
— Именно. Начало определяет распределение внутри группы, а потом изменить его почти невозможно. — Таур перевел взгляд на меня. — И еще одно. Если задание потребует работы с артефактом или рунической конструкцией, у тебя может оказаться преимущество, о котором другие не знают. Используй его спокойно, без показательных жестов. Иначе заметят те, кому лучше ничего не показывать.
Я слушала и думала о том, что он говорит правильные вещи. Все до единой. Именно то, что нужно услышать студентке с нестандартным профилем перед командным испытанием. Будто он заранее посмотрел, что именно мне будет нужно, и принес.
— Тебя когда-нибудь ставили в смешанную группу? — спросила я.
— Нет. — Он сказал это просто, без позы. — У меня другой профиль и другие проблемы. Но я видел, как это работает, со стороны.
— Сколько раз?
— Достаточно, чтобы знать, что работает, а что нет.
Рийя подняла взгляд от блокнота.
— У тебя тоже артефактное зельеварение?
— Да.
— Тогда тебе это менее актуально. У нас почти все задания индивидуальные. — Таур немного подумал. — В третьем семестре есть совместная работа, но до нее еще надо дожить.
— Далеко смотришь, — сказала Рийя нейтрально.
— Привычка.
Для начала Таур заставил нас отодвинуть стулья к стене. На полу закутка сохранился старый учебный круг, наполовину стертый и местами залитый воском. Рийя нашла в шкафу мел, провела по линиям заново и чихнула от поднявшейся пыли.
— Прекрасное место для тайной подготовки, — сказала она, вытирая нос рукавом. — Если мы здесь погибнем, нас найдут по качеству разметки.
— Не погибнем, — ответил Таур. — Максимум подпалим стену.
— Эта стена уже пережила не одну попытку, — заметила я.