Этого, конечно же, недостаточно, чтобы оправдать меня. Я все равно привел их печать к закону.
Не стоит называть меня союзником. Но не позволяй им сделать вид, что я был только их рукой.
Таур».
Я дочитала и положила лист на стол.
— Удобно, — сказала я. — Признал ровно столько, чтобы ни одна сторона не могла присвоить его целиком.
— Это похоже на него.
— Веришь? — спросила я.
Кейлан взял письмо только после моего кивка. Прочел от начала до конца и вернул.
— Верю, что он скрыл от Тейна разделение твоего потока. Иначе серебряный канал искал бы глубже. Остальное нужно проверять.
Я раскрыла тетрадь на записи о первом круге. Лист Таура лег поперек страницы, закрыв половину старых пометок.
— С чего можно начать утром?
— С тренировочного зала. Упражнение для скрытой структуры кто-то должен был заказать. В канцелярии останется имя или хотя бы номер распоряжения.
— А если запрос провели не через Таура?
— Тогда увидим, кто выдал ему схему. С административным маршрутом так же. Пропуск, запись дежурного, исправление в журнале. Хоть что-нибудь, но останется.
Я записала рядом два слова: «упражнение» и «пропуск». На третьей строке перо задержалось.
— Ментальный след?
— Здесь без Рийи не обойтись. Ей понадобится остаток состава или сведения о компонентах. По одному письму она ничего подтверждать не станет.
— Правильно сделает. А ключ?
— Под печатями Лайса. Попросим сравнить серебряную вязь со служебным доступом Тейна. Если они совпадут, у письма появится подтверждение.
Я достала чистый лист.
Ответ получился короче.
«Союзником не называю. Оправданным тоже. Ты помогал мне, но при этом использовал меня, хоть и один раз не подчинился до конца. В записи останутся все три части.
Когда вернешься, объяснишь их лично. Без ментального следа, закрытых условий и еды в качестве пропуска».
Кейлан прочел, когда я подвинула лист.
— Еда тоже запрещена?
— Особенно еда. Слишком уж она хорошо работала.
Угол его рта дернулся.
Я сложила ответ и убрала в конверт. Утром передам Лайсу. Пусть Таур прочтет, конечно, если и когда получит доступ к собственной переписке.
Я снова взяла письмо Таура и перечитала середину. В его изложении помощь и расчет не разделялись по разным дням. Он мог предупредить о ловушке, потому что не хотел моей гибели, и в тот же момент проверить, как я воспользуюсь сведениями. Мог обмануть Нолла и продолжать работать на людей Тейна. Это не делало его сложнее ради красоты. Просто у него было несколько причин, и ни одна не отменяла остальные.
— Он рассчитывает вернуться? — спросила я.
— Последняя строка написана так, будто рассчитывает.