Точильный круг у него был с тележное колесо, серый, зернистый, на приводе от Камня. Искры от Крушителя, когда он его точил, летели белые, длинные, до самой стены. За два часа он стер этот круг наполовину, потом молча принес из кладовой второй.
За наблюдением за процессом заточки меня и нашел Сергей.
— Думаю, для вас не будет удивлением, что испытательный срок вы отлично закончили, — сказал он с порога. — И, как я и говорил, перераспределение вас настигло.
— И куда я отправлюсь?
— С сегодняшнего дня вы телохранитель Кристины Засекиной, жены старейшины Валерия. При ней сейчас двое, Петр и Матвей, оба три года на этой службе. Но, с учетом ваших заслуг и стадии, вы сразу назначены над ними старшим.
— Когда приступать?
— Она вас уже ждет. Правый корпус, второй этаж.
— Я могу дождаться своего оружия?
— Хотите остаться с этой секирой?
— Да.
Он чуть поморщился.
— Ладно, как угодно. Да, можете, она тут все равно до завтра. Только тогда зачисти его и от всей ржи, — это он сказал кузнецу. Тот просто махнул рукой, мол, «сам разберусь». — Доспех, надеюсь, вы…
— Мне уже сказали, что на вылеты нужно одеваться соответствующе, и я, разумеется, не против, но отказываться от своей брони не буду.
— Опять же, дело ваше. Главное, чтобы ваш внешний вид не портил имидж и репутацию рода.
— Поверьте, мой внешний вид — это последнее, из-за чего роду Засекиных стоило бы волноваться, — ухмыльнулся я.
Он явно услышал в моих словах именно те эмоции, которые в них вкладывались, но, похоже, решил, что лезть глубже необходимого не стоит. Пожал плечами, кивнул мне, я кивнул ему, и он вышел.
Когда кузнец закончил, я с удовольствием провел ногтем по идеально выправленному лезвию секиры, чего сам никогда бы не смог достичь простым точильным камнем. Также он, как и сказал Сергей, зачистил все следы воздействия кислоты, и хотя на металле остались выщербины и коррозийные ямочки, в целом секира стала выглядеть куда лучше.
Еще около получаса ушло на снятие мерок для нового черного доспеха, который он обещал подогнать за пару дней, после чего я поблагодарил мастера за работу, повесил Крушитель за спину и пошел через двор к правому корпусу.
На втором этаже меня встретила служанка, девушка лет семнадцати. Она поглядела на Крушитель, потом на притолоку, потом с сомнением на меня. Я улыбнулся и жестом показал, что понял намек. Только после этого открыла дверь, в которую я провел секиру, чуть наклонив ее набок.
Комната была завалена бумагой. Газеты стопками на подоконнике, исписанные листы на столе, на стене большая карта уезда, утыканная цветными флажками. Посреди всего этого стояла молодая женщина в темном платье, с кольцом рода на пальце.