На лице Давида вновь промелькнула усмешка. Он определенно все понимал, этот хрупкий человек, выглядевший как кроткий ангел с рождественских открыток.
Бабкин ничего не понимал в мужской красоте. Он и в женской-то не разбирался, а самой красивой считал собственную жену. Но ему приходилось признать, что смотреть на Давида намного приятнее, чем на его супругу. Тонкие черты лица, кожа с золотистым отливом. Легко вообразить, что когда Давид заходит в темную комнату, вокруг него распространяется мягкое свечение.
– В письменной форме! – сказала Соня.
– Дорогая, может быть, мы…
– Молчи, Давид! Я хочу, чтобы этот человек присылал нам отчеты.
– Но Соня…
– Не спорь!
«Этот человек» вздохнул. Голос у Софьи Аркадьевны был громогласный. Оглушительный, говоря начистоту.
– Вы очень поможете в моих поисках, если покажете мне какие-нибудь фотографии пропавших украшений, – сказал Бабкин. – Они у вас сохранились?
– Давид, принеси! – скомандовала Соня.
– Я не помню, где они лежат. Поищи сама, пожалуйста.
– Боже мой, посмотрите на этого мужчину! Он беспомощен как ребенок!
Софья Аркадьевна удалилась, на ходу продолжая стенать о своей горькой доле.
– У вас мало времени, чтобы сообщить мне то, что вы собирались, – сказал Бабкин.
Давид вопросительно поднял брови.
– С чего вы взяли, что я хочу что-то вам сообщить?
– Вы отослали жену. Уверен, вы лучше нее знаете, где что хранится в вашем доме. Фотографии – это только предлог. Отсюда вывод, что вы хотите поговорить со мной наедине.
– Не сообщить, – Давид покачал головой. – Спросить. По делу об убийстве моей матери был задержан парень из фирмы, устанавливавшей ей сигнализацию… Козицкий. С чего вы взяли, что в убийстве был замешан кто-то еще?
Он смотрел на Сергея с напряженным вниманием. Бабкин не обладал проницательностью Илюшина. Но ему показалось, что за интересом Давида стоит не только вполне понятное желание узнать, кто был причиной смерти его матери.
– Всплыли новые факты, – неопределенно ответил он. – Вы уверены, что ничего не хотите мне сказать?
Давид колебался.
Сергей помнил его показания. Алиби Давиду обеспечивала его жена: она подтверждала, что они гуляли в парке и покупали пирожные. Свидетелем выступил охранник в продуктовом: он вспомнил, что похожая на Дарницких пара действительно заглядывала в магазин. Бабкин еще тогда усомнился в неоспоримости их алиби. Через этот квартал ходило много любителей сладкого. Охранник вполне мог спутать Давида и его жену с кем-то другим.
– Вам известно, кто был второй грабитель? – спросил Бабкин, не сводя с него глаз.