– При каких обстоятельствах? – вкрадчиво спросил он. – Митя, как погиб твой племянник?
Дворжик тяжело вздохнул.
– Убили его. Вскоре после того, как мы у старухи побывали.
В комнате повисло молчание.
– Что? – Бабкин помотал головой, словно пес, вытряхивающий воду из ушей. – Что за ахинея?
Но Илюшин хлопнул в ладоши. А секунду спустя уже стоял перед Дворжиком. В руках его была фотография, оставленная Яной Тишко.
– Смотри – здесь есть твой племянник?
– Ну да.
– Покажи!
Бабкин подошел ближе.
– Да вот он, – недоуменно сказал Дворжик. – Крайний слева.
Он озадаченно посмотрел на этих двоих. Как будто на фотке еще кто-нибудь мог бы быть Федькой!
Сергей почувствовал себя так, будто его с размаху ударили в лоб.
– Так я и знал! – торжествующе сказал Макар. – Серега, ты понимаешь?
– Ни хрена я не понимаю!
– Пашка не их сын! Он вообще никакой не Пашка. Он Федя, Федор Игнатов!
2
Встречные фары слепили их, но Бабкин не желал перестраиваться в правую полосу и упорно гнал по левой.
– Игнатов, – ошеломленно повторял он. – Игнатов!
За очередным селом дорога сузилась до одной полосы, а затем они и вовсе съехали на проселочную. До Багрянска оставалось каких-то три километра.
– Если он жив еще, – бормотал Сергей, отвечая на свои мысли. – Дворжик с ним уже лет десять не общался.
– Как разбогател, так и забыл про деда.
– Это Пашке он дед. Ему дядя.
Небо над их головами давно уже было темно-синее, местами будто посыпанное снегом. Перистые облака тянулись наискось от самого горизонта. Навигатор отказался помогать в поисках, но сыщикам повезло: они сразу наткнулись на нужную улицу.
– Братишка, Семен Игнатов где обитает? – спросил Бабкин какого-то босяка, ковылявшего по тропинке.
– А вон тама, – махнул тот рукой. – Крайний дом.
Над трубой ветер разрывал в клочья серый дым. Илюшин обошел разросшийся куст полыни, и облезлая кошка с мявом шарахнулась из-под ног.
– Брошка! Брошка! – раздался хриплый голос. – А ну иди сюда! Куда на ночь собралась!
– Семен Алексеевич! – позвал Макар.
– Э? Чего? Ко мне, что ли?
За забором показался неряшливый испитой старик, опиравшийся на палку. На вид ему было лет двести.
– Семен Алексеевич, вечер добрый.
– И вам не хворать. Чего, дом купить хотите? Поздновато вы приехали!
– Нет, – сказал Илюшин. – Не дом и не купить. Мы хотим кое-что узнать о Феде. О вашем внуке.
Глава 18
1
– Тамара, который час?
Вениамин раздраженно постучал по циферблату. За год пятый механизм ломается. Он бы вовсе не вешал в зале часов, но эти гусыни, его ученицы, вопят, что им неудобно. «Зачем вам знать, сколько времени? – мысленно укорял их Вениамин. – Нет у вас никаких серьезных дел. Ни к какой осмысленной деятельности вы, бестолочи, не способны».