Глава первая. Дочь изгнанника
Страница 2 из 17
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава первая. Дочь изгнанника

Страница 2

Она открыла.

На пороге стоял человек, молодой, лет двадцать пять, не больше, худой, щёки впалые, иней на ресницах, на бровях, одет не по погоде, вся одежда коркой льда, он смотрел на неё, в глазах было что-то, чего у местных Мирана не видела, не злоба, не страх, что-то другое.

— Ты, — сказал он. И упал.

Она успела подхватить — лёгкий, как сухой камыш, и горячий, кожа горела, будто он только из бани, Мирана втащила его в дом, уложила на лавку, иней на одежде таял, вода текла на пол, оставляла ледяные кружки.

Она стояла над ним: незнакомец, молодой, горячий, говорит о ледяных духах, будто знает их, или притворяется.

Мирана отошла к печи, взяла кочергу, села напротив, через стол, стала ждать, когда очнётся.

Очнулся через час, открыл глаза, первое слово:

— Огня. Дай мне огня.

Она кивнула на печь, там догорали последние угли.

— Такого мало. Нужен живой огонь. Из твоей ладони. Ты можешь его родить.

Он повернул голову, посмотрел на неё, долго, потом сказал:

— Ты знаешь, кто я.

— Я знаю, что ты говоришь странные вещи. Это не значит, что я знаю, кто ты.

— Я Огнеяр. Сын Хранителя.

Мирана сжала кочергу сильнее.

— Хранитель умер сто лет назад.

— Да. И я его сын.

— Сто лет назад?

— Я долго не хотел. — Он прикрыл глаза. — Потом понял, что не могу не хотеть. Слишком поздно понял.

Она смотрела: не врал, или врал так, что не отличишь, тут все умели врать, но не так, не с открытыми глазами, не с хрипом, не с инеем на ресницах, так не врут.

— Воды дам, — сказала она. — Тёплой.

— Не надо воды. Дай руку.

Она не двинулась.

— Зачем?

— Проверить. Ты Хранительница Зимы. Я Хранитель Лета. Мы должны знать друг друга.

— Я не Хранительница. Я дочь изгнанника. Это разные вещи.

— Для льда нет. Лёд не различает. Он слушает того, кто умеет слушать. А ты умеешь. Я чувствую.

Мирана отставила кочергу — не потому, что поверила, устала бояться, протянула руку, он взял, ладонь горячая, почти обжигает, но не больно, сжал пальцы, и внутри, под рёбрами, стало растекаться тепло, чужое, не её.

— Что это? — прошептала она.

— Это моя искра. Я отдаю её тебе. На время.

— Зачем?

— Потому что я не могу её держать. Она сожжёт меня. А ты ледяная. Тебе она не повредит.

Мирана высвободила руку, тепло осталось, пульсировало под кожей, в груди, она слышала его, тихо, отчётливо.

— Ты пришёл, чтобы умереть у меня на пороге? — спросила она.

— Нет. Я пришёл, чтобы ты помогла мне дойти до Сердца Мира.

— До чего?

— До места, где зима и лето встречаются. Там я приму дар. А ты отдашь холод. Тогда всё вернётся.

— Что вернётся?

— Равновесие. Смена сезонов. Жизнь.

назадназад
1 2 3 4 ... 17
впередвперед