— Чувствуешь, как мы деградируем с каждым днем? — Спросил Федор, рассматривая подпорченную гору продовольствия.

— Дичаем?

— Точно, дичаем. Вся эта цивилизованность сходит с нас, как дешевый китайский хром. Ради этой горелой кучи продуктов, мы готовы убить ближнего.

— Ну, не совсем, я готов убить только по соображениям самообороны. Если этот Шурик решит, что был неправ и встанет в общую очередь, я не буду возражать. У него ребенок, жена.

— Ну, не знаю. — Федор сомнительно покачал головой. — Эта гнида признается в том, что неправа, только в случае если посчитает, что в этом есть выгода. Он будет пакостить изнутри.

— Ладно, Федор, не будем гадать, дождемся лучше его появления. Он ведь обязательно явится, если только не сделал себе заначку.

— Когда бы он успел? — Усомнился Федор.

— А чего он ждет? Друг друга едят, что ли?

— Ну, может и успели прихватить немного еды. А сюда не идут, потому что знают, что она испортилась.

— Жаль тепловизор не выдержал. Можно было бы с его помощью увидеть приближение людей. — Денис взял с пола какой-то штырь и погонял им туман перед собой.

— М-да. Жаль вообще, что вся эта ситуация случилась с нами. Было предчувствие, что на соревнования ехать не стоит. А у тебя было что-нибудь?

— Если ты про внутренний голос, то нет. А вот телевизор нагнетал страху, да еще были сильные толчки накануне, но я все равно думал, что на мою жизнь спокойных времен хватит.

— Все так думали. — Вздохнул Федор. — Потому и поехали с братом.

Они надолго замолчали. Глухую тишину, скованную паром, нарушала частая капель. Влага пропитала все, что можно и уже собиралась лужами на полу. Если где в торговом комплексе и горел огонь, то он, наверняка уже затух, либо тлел, без всякой вероятности перерасти в полноценный пожар. Денису хотелось узнать причину взрыва, случившегося в том крыле, где находился спортивный магазин и большой магазин детских товаров.

Прошел час ожидания. За это время не появились ни враги, ни свои. Здание как будто вымерло. Видимо из-за изменившихся условий, густого тумана и различных опасностей, торговый комплекс будто стал больше и совсем другим. То расстояние, которое Денис проделывал по галереям комплекса до землетрясения, чтобы размяться, теперь казалось ему сложным, требующим планирования и обязательного напарника, чтобы было не так страшно. Темные углы таили опасность, иррациональную мистическую, такую, что трезвый рассудок бессильно боролся с этой слабостью.

От жары хотелось пить. Денис зачерпнул ладонями воду из лужи и попытался ее выпить. Сделал глоток, остальное выплюнул. Вода имела острый химический привкус.