Мой водитель дремал, откинув сиденье. Витя либо чёкнутый, либо у него железные нервы, вот только что он приставлял к голове человека пистолет, и вот он уже спит. И, словно прочитав мои мысли, Витя встрепенулся, открыл глаза и, замечая меня, высунулся из машины:

— Всё, сдал? Едем в район? — спросил он.

— Не, Вить, не расслабляйся. Сейчас опер выйдет, поедем «палку» рубить. Дежурный добро дал, — произнёс я, садясь на место старшего.

— Опера опять… — проворчал Витя. — Вечно у них «на пять минут», а потом полночи по притонам скачешь.

— Ствол дай? — сказал я ему.

— Зачем? — удивился он.

— Ну, ты же законы «о полиции» и «о Росгвардии» не читаешь, нахрена тебе он?

— Как нахрена, а вдруг на меня нападут в районе? Вот, кстати, у меня 16 патронов, да? А вот если на меня бежит 17 человек, я 16 убью, а 17-того?

— А семнадцатому ты скажешь: «Прости, семнадцатый, у меня перерыв закончен, и надо просыпаться!» Ствол, говорю, дай, приказ это!

И Витя наклонился от меня и вытащил из кобуры пистолет, который, как и положено, был на поводке пристёгнутый к его ремню. Я принял его оружие, отомкнул магазин и, повернув ствол для сброса гильзы в сторону своих штанов, я снял его с предохранителя и оттянул затвор. И на мои штаны из патронника упал патрон. Далее я сделал контрольный спуск в пол. Поставил ПМ на предохранитель. И, вставив патрон в магазин, а магазин вставив в рукоять оружия…

— Расскажи-ка мне, Витя, в каких случаях применяется огнестрельное оружие, а заодно отличие применения от использования? — спросил я.

И Витя начал, как по бумажке, читать мне статьи применения и использования, прошёлся также по тому, против кого запрещено применять, и замолчал.

— Я, получается, не должен был угрожать жуликам пистолетом?

— Прикинь, — кивнул я. — Они же не были застигнуты в момент тяжкого преступления и не пытались скрыться. Кража — это у нас не тяжкое, по ней сроки не достигают 10 лет. Не пытались у тебя забрать твоё оружие, не пытались сократить указанное тобой расстояние. Короче, это, Вить, — косяк жёсткий. Но это полбеды, ты почему патрон в патроннике носишь?

— Я забыл разрядить, — проговорил он.

— Далее. Ты когда спишь или закрываешь глаза, почему у машины окна и двери открыты? Тебе вообще всё равно на твою жизнь? Жулик завладевает твоим оружием и валит этих «твоих» 16 человек за тебя, а тебя душит руками, пока ты спишь, или бьёт ножом в шею раз сорок, чтобы ты за секунды кровью истёк. — я замолчал, на Вите не было лица, он смотрел в пол. — Я бы тебе оружие еще месяца два не выдавал. Поставил бы на пост с палкой резиновой. Где ты бы мог отличиться, если на объект жулики нападут. Чтобы орден получить за убийство людей, которых ты так хочешь убивать. Вот только людей там нет, Вить. Есть враг, он преступник, у него чести и понятий нет, он будет тебя валить и валить первым, потому как ты должен быть подготовленный и представляешь опасность. Еще раз, Вить, оружие мы применяем и используем в крайнем случае, когда все законы нам это позволяют. Но знаешь что? Люди по 20 лет служат и ни разу ни в кого не стреляют. И слава Богу. Спрячь обратно!