Тем более, что Советский Союз демонстративно сохраняя формальный нейтралитет, в любую минуту мог вмешаться, в чем фельдмаршал Александер был уверен. Части Красной Армии стояли всего в какой-нибудь сотне километров в южной Австрии и советская истребительная авиация в два счета обнулит английское превосходство в воздухе, а советские штурмовики просто раскатают английские наземные части.

Больше всего товарища Сталина в британском плане покоробило предполагаемое выступление против СССР большинства населения Польши и даже частей Войска Польского воевавших вместе с Красной Армией против фашистской Германии.

В памяти товарища Сталина сразу же всплыли события на Польском фронте летом и осенью 1920 года. Тогда большинство советских руководителей были уверены что польский пролетариат наш классовый союзник и наступление Красной Армии поможет польским рабочим массам опрокинуть правительство Пилсудского и захватить власть. Такой точки зрения придерживался и Ленин.

В советском руководстве были и другая, но малочисленная группа, имеющая другую, более прагматическую точку зрения. К ней принадлежал товарищ Сталин, являющийся членом Реввоенсовета Юго-Западного фронта. Весной двадцатого года он эту позицию изложил в статье в газете «Правда», написав:

«Тыл польских войск является однородным и национально спаяным…. Его преобладающее настроение — 'чувство отчизны» — «передается по многочисленным нитям польскому фронту, создавая в частях национальную спайку и твердость…. Если бы польские войска действовали в районе собственно Польши, с ними, без сомнения трудно было бы бороться».

Товарищ Сталин считал, что необходимо и достаточно сосредоточиться на освобождении западных областей Белоруссии и Украины, где Красная Армия могла рассчитывать на поддержку местного населения.

Польский поход закончился катастрофой, имевшей тяжелые последствия для нашей страны. Почти двадцать лет наша на советско-польской границы было горячо, а в Западной Украине выросла ядовитая националистическая гидра бандеровщины, которую теперь приходится выкорчевывать неся большие потери и свет в конце туннеля виден слабо.

Знакомясь с докладами об операции «Немыслимое», товарищ Сталин задержался в своем кремлевском кабинете далеко на полночь. За последнее время это случалось достаточно редко, и Поскребышев понял, что он занят каким-то важным вопросом и внутренне приготовился к выполнению чего-то очень серьёзного и важного.

Отложив папки с докладами разведки, товарищ Сталин достал другие: доклады «СМЕРШа», советских политорганов, НКВД, военных прокуратуры и трибуналов, рапорта военачальников поступившие с августа 1944 года, когда Красная Армия вступила на территорию Польши.