Блестяще выполнив это поручения Селивановский завоевал полнейшее доверие товарища Сталина и вместе с руководителем советской внешней разведки Павлом Михайловичем Фитиным в 1944 году выполнил еще одно деликатнейшее поручение Верховного, навести порядок в советских разведывательных органах в США и Канаде, а затем и во всех разведывательном сообществе Советского Союза, а также в Наркоминделе и других структурах работающих за границей.

Основную часть этой сложнейшей и очень деликатной работы выполнил именно генерал-лейтенант Селивановский. Благодаря этому никакой огульности и рубки с плеча не было, по настоящему наказаны были единицы, а многим просто указали на ошибки и недостатки в работе.

Результаты этого имели неожиданно привели к последствиям, давшим в итоге огромный геополитический эффект. Не было громких предательств в США Элизабет Бентли и Игоря гузенко в Канаде, которые в реальности Сергея Михайловича сыграли огромную роль в начале смены отношения общественного мнения Северной Америке по отношению к Советскому Союзу, начавшемуся сразу же после окончания войны и сформировавшее в конечном итоге массовые махровые русофобию и антисоветизм. Не было и серии громких послевоенных предательств, в том числе и среди сотрудников переименованного МИДа СССР.

Но более значимым оказалось другое. Наведение порядка в разведке и коренное изменение самой организации работы с агентурой, привело к тому что качество этой агентуры резко возросло и советские разведчики начали получать такую информацию о которой могли только мечтать.

О проекте американской контрразведки «Венона», начатом еще в феврале сорок третьего, советская разведка подробно узнала достаточно быстро. А после реформирования её работы, новая агентура представила материалы позволившие понять как американцы смогли начать успешную дешифровку перехваченных радиограмм и сообщений. Советским агентам начал поставлять информацию один из американских математиков проекта сам вышедший на советскую разведку и предложивший свои услуги. Побудительные мотивы его поступка остались для советской разведки тайной за семью замками.

Он начал работать столь аккуратно, что его разоблачить можно было взяв с поличным в момент написания агентурного донесения. Отлично владея русским, американец сам выбрал себе кодовое имя, которое вызвало громкий здоровый смех в Москве. Имя Лёлик было очень нестандартным и непонятным.

Лёлик сообщил, что американские дешифровщики воспользовались ошибкой допущенной во время войны в 1942 году когда в книге одноразовых шифровальных ключей оказались повторы. К этому времени это было устранено и шансов дешифровать новые перехваченные сообщения уже не было. Но у американцев в работе было несколько тысяч старых и во многих из них было много еще чувствительной информации.