Приглашённые американские эксперты по протезированию, тщательно изучившие скудную, но достаточную для них информацию, полученную из уст членов делегации о советской разработке, однозначно ответили своим влиятельным хозяевам, что обязательно надо брать эту технологию у русских, естественно на приемлемых и выгодных для Америки условиях. Они абсолютно уверены, что немцы, у которых сейчас признанно сильнейшая в мире школа протезирования и ортопедии, на месте не стоят и интенсивно работают над собственными разработками. Неизвестно, как ещё карты лягут после окончания войны, какие технологии и секреты выплывут из германских лабораторий и конструкторских бюро. Германская медицина и техника всегда были на высочайшем уровне, и война не заставила их остановить развитие протезирования. Поэтому осторожные пробные шары, запущенные советской стороной через различные каналы, были приняты весьма благосклонно и заинтересованно.

Многочисленные ведомства, подчинённые и непосредственно курируемые Лаврентием Павловичем Берией, начали активно работать по всем имеющимся каналам связи, как официальным, так и негласным. Достаточно быстро они выяснили чрезвычайно важное обстоятельство: в этом деле у союзников появился ещё один, но очень серьёзный и весомый интерес, который может всё решить. Среди инвалидов войны по обе стороны Атлантического океана есть молодые люди, представители именно тех влиятельных семей, которые являются гласными и негласными истинными хозяевами в своих странах. Те самые люди, чьи фамилии крайне редко появляются на страницах газет и в публичном пространстве, но чьё негромко сказанное слово решает судьбы крупнейших корпораций и даже правительств целых стран. А личная, абсолютно секретная спецслужба товарища Сталина, возможно самая тайная и засекреченная из всех существующих в Советском Союзе, о которой реально никто не знает, сразу же вышла на прямой доверительный контакт с этими влиятельными людьми, минуя все официальные инстанции.

Такую собственную разведывательную службу создаёт, конечно, и нарком внутренних дел товарищ Берия. Но она, при всей своей мощи и возможностях, менее обширная и, конечно, далеко не такая секретная, как личная сеть вождя. Товарищу Сталину о деятельности бериевской службы известно абсолютно всё до мельчайших подробностей и нюансов, но Лаврентий Павлович необыкновенно умён, расчётлив и ещё ни разу за все годы работы не дал ни малейшего повода усомниться в своей безграничной преданности вождю и своими действиями или бездействием не вызвал даже самого малейшего его неудовольствия или подозрения. Берия прекрасно понимает негласные правила игры на самом верху власти и отлично знает свои границы, которые нельзя переступать.