На слове «наших» Сталин сделал ударение, медленно обводя взглядом присутствующих, подчёркивая, что на этот раз Советский Союз будет диктовать свои условия. Он сделал паузу, наблюдая за реакцией. Молотов одобрительно кивнул, Вознесенский что-то записывал в своём блокноте.

Присутствующим, а на этот раз это были все члены ГКО, кроме запаздывающего Кагановича, суть дела в устной форме доложил Молотов и все понимали о чем идет речь, показалось, что на этом вопрос закрыт и сейчас будет переход непосредственно к повестке заседания, но они ошиблись.

— Сразу же после заключения лицензионного соглашения, буквально в момент его окончательного оформления, предлагаю передать американской стороне два самых качественных изделия для молодого человека, грозящегося застрелиться, в качестве подарка от одного из авторов изобретения, — продолжил Сталин, медленно раскуривая трубку. — И его личную просьбу о помощи нашему сельскому хозяйству. Пусть американцы увидят, что мы не только воюем, но и думаем о будущем, о восстановлении страны.

Он сделал затяжку и продолжил:

— Товарищу Вознесенскому надо поручить проработать вопрос о награждении наших изобретателей. Люди сделали полезное дело, и это должно быть отмечено. Также необходимо проработать вопросы обеспечения ГСМ всех пользователей восстановленной в Сталинграде разбитой немецкой техникой. Через три месяца изучить и обобщить опыт её восстановления и использования. Нужны конкретные цифры, сколько техники восстановлено, какова её эффективность, где она применяется наиболее успешно.

Вознесенский кивнул, продолжая делать пометки. Сталин перевёл взгляд на Маленкова:

— Сталинградским товарищам в качестве поощрения разрешить использование двух третей восстановленной техники по своему усмотрению. По особо ценным образцам решения принимать отдельно по каждому. Товарищу Маленкову организовать проверку качества собранных в Сталинграде немецких подшипников, и при получении положительных заключений определить порядок их использования.

Сталин сделал паузу, прислушавшись к звукам, которые издавали карандаши. По его примеру все записывали его указания карандашами. Он подождал, пока Маленков закончит писать, и продолжил:

— И последнее по данному вопросу. Товарищ Берия!

Нарком внутренних дел тут же встал, выпрямившись. В его позе читалась готовность немедленно выполнить любое поручение.

— Обращаю ваше внимание на неукоснительное соблюдение принятых, — Сталин нашёл в записке Маленкова соответствующее место и постучал по нему мундштуком своей трубки, — новых обязательных сроков окончания проверок спецконтингента и распределения граждан, прошедших проверки. Контроль за проведением прямых обменов техники на продовольствие поручить непосредственно товарищу Воронину, а вам лично держать это дело на контроле. Понятно?