Возиться со всей этой ересью стало скучно.

Поэтому я перетёк в многомерность и вывернулся по ту сторону плиты. Неторопливо прощупал пространство на предмет ловушек. И двумя точными ударами молнии выжег управляющие блоки. Камеру наблюдения спалил огненным шаром.

Задержался, чтобы просмотреть отчёт Вжуха.

Четвёртый этаж зачищен, живых не осталось. Понятия не имею, куда запропастились слуги, на всём пути нам встречались одни только эсбэшники. Клавдий через Валерия передал, что на подземных ярусах чисто. Нарышкина нет, попыток эвакуироваться князь не предпринимал.

Он что, серьёзно рассчитывал угробить меня своим лабиринтом?

Смешной.

Я бы мог, наверное, сразу переместиться в логово Нарышкина, используя многомерность. Ничего сложного, да и расстояние смехотворное. Только нужно определить, где этот недоносок упрятал свои апартаменты. А ещё мне доставляет удовольствие разносить его дворец в хлам. Вместе со всеми системами безопасности. Потому что всё это унаследуют потомки князя, а по поводу их воспитания у меня иллюзий не возникает. Вот пусть и сосредоточат свои усилия на реконструкции, прежде чем начнут «подниматься из пепла» и вредить нормальным людям. Мне, например.

За очередным поворотом — длинный коридор.

И безликая стена, в которой нет даже намёка на дверь.

Значит, я у цели.

Не сбавляя скорости, достаю сакс и «аллигатор», проваливаюсь в зыбкое аморфное ничто . Вообще, это наш примитивный человеческий разум видит в многомерности серую фрактальную муть. Когда мы присматриваемся к иным измерениям, кружится голова, мозг отказывается давать оценку происходящему. Потому что не приспособлены мы к таким вещам. Даже я со своим божественным происхождением. А вот некоторые инфернальные твари чувствуют себя в многомерности как рыбы в воде. К счастью, по-настоящему сильных монстров, умеющих там ориентироваться, не так уж много…

Когда привычная реальность соткалась вокруг, я сразу начал стрелять.

Первую пулю схватил бросившийся на меня мужик с топором. Чуваку разворотило и выжгло полчерепа, не помог даже болтающийся на груди артефактный амулет. Вторая пуля досталась тощей стерве, попытавшейся схватить дробовик. Стерва сидела в кресле и смотрела телевизор, а дробовик лежал на журнальном столике. Впрочем, телевидение у подчинённых князя было своеобразное, с изюминкой. Там показывали подземную парковку и прогуливающегося между колонн Клавдия. И это при том, что камеры должны быть вырублены с нашего самолёта.

Девку отбросило в кресло с дымящейся чёрной дырой в груди.

Я не стал рисковать и контрольным выстрелом разнёс любительнице дробовиков голову.