— Главное — не оступиться, — глубокомысленно изрёк Ларин. — Не наделать ошибок, присущих молодости. А в этом помогут старшие товарищи.

Похоже, мои союзники уже нашли общий язык.

Но инициативу я предпочитаю брать в собственные руки.

— Трудно с вами не согласиться, господа. Хочу отметить, что Гинденбурги, успевшие перейти дорогу всем нам, выведены из игры. Перестал быть угрозой и Винсент Корвин.

— Но самое главное достижение твоего Рода, — заметил Ларин, — это расправа над Нарышкиным.

Разумеется, Варя приложила максимум усилий, чтобы слухи о казни Нарышкина распространились по губернии. Не только по губернии, по империи в целом. Инквизиторская неприкосновенность не позволяет правительству начать расследование, а Великие Дома не заинтересованы в защите интересов Рода Нарышкиных. Зато теперь все знают, что переходить дорогу Володкевичам себе дороже. Слухи в дворянской среде распространяются молниеносно благодаря исправно работающим СБ.

— Суровая необходимость, — я притворно развёл руками. — Это был наиболее опасный из моих врагов. Он создавал проблемы с самых первых дней моего возвращения в Туров.

— Мы наслышаны, — подтвердил Валентин Петрович.

— Итак, первого июня мы официально породнимся с Ростиславом, — произнёс Ларин. — И, насколько я понимаю, Фурсовы в лице единственной наследницы и представительницы своего Рода тоже смогут восстановить былое влияние.

— Но свадьба переведёт Варю Фурсову в подчинённое положение, — добавил я. — Она станет частью моего Рода, и я буду принимать решения за двоих.

— Таким образом, мы можем заключить вполне официальный союз, — заключил дед. — Которому теперь никто не в силах воспрепятствовать.

— Этот альянс может не понравиться Сапегам, — высказал свои опасения Дмитрий Олегович. — У нас в сумме два десятка вассалов, плюс очень специфическое положение Ростислава. Сведения о том, что Род Володкевичей располагает собственными Вратами и рудником вскоре распространятся и вызовут настоящий фурор. Появится много завистников и тайных врагов. Но именно правящая верхушка Дома Рыси будет рассматривать нас как основных конкурентов в регионе.

— Безусловно, — согласился Валентин Петрович. — Так оно и будет.

— Новые кланы в России не регистрируются, — заметил я. — Мы никогда не будем претендовать на участие в политической жизни страны.

— И, конечно, ты думаешь, что нас не попытается подмять император, — хмыкнул дед.

— Попытка не пытка, — отвечаю где-то услышанной поговоркой. — Никто нас не тронет. Сейчас такая заруба с тронутыми началась, что все попрятались по углам. Инквизиторы очень сильно заинтересованы в моём руднике. И порвут любого, кто сунется.