— Просто хотел узнать, Осирис уже знает о провале своих подчиненных? — уточнил я вопрос. — Мои противники точно не успели об этом доложить. Поэтому и спросил про адептов.

— Живые они. — махнул рукой Урил. — В багажнике своей машины лежат, под Знаком.

Занятно, он не пояснил под каким именно Знаком, но я понял о чем он говорит. Шахат — прежний, все прежние, точнее — использовали бы для захваченных в плен адептов только Знак осознания. Действует он около часа, и открывает человеку причинно-следственные связи на любое событие в его жизни. Стоит только подумать — а почему со мной все это случилось? И разум тотчас выстроит всю цепочку событий, фраз, решений и поступков, которые привели к настоящему моменту.

Очень жесткая штука. Личный ад на шестьдесят минут. Далеко не каждый способен выдержать всю правду в разрезе. Большинство пытается прекратить пытку, убив себя. Уверен, Сергей адептом такой возможности не оставил.

— Это хорошо. Значит, он еще не в курсе о провале. Думаю, в гости к Осирису нужно идти прямо сейчас. Пока есть эффект неожиданности.

Урил снова кивнул. Он тоже так считал. Мой собрат, теперь я это тоже знал, был прямолинеен и упрям. Если что-то решал, то с выбранного пути никогда не сворачивал. Удивительным образом, все, кто носил осколки этого Губителя, тоже словно бы рождались такими.

И сейчас он очень хотел покончить с Осирисом. В этот раз он не будет стоять в стороне, а пойдет в бой вместе со мной. Точнее, он будет главным бойцом в этом сражении. Я ведь изрядно потратился с гвардией.

В принципе, на самого Господина нас двоих хватило бы с избытком. Но у него есть слуги, а у меня — два члена этой странной команды. Сатир и суккуба. И если раньше я опирался на них, принимая помощь, то теперь, после выхода из слепка очень отчетливо понимал степень наших отношений. Их зависимость от меня.

Оба вручили мне себя. Добровольно и без принуждения поставили над собой. В мире людей это были бы просто слова, но не в мире Падших. Здесь каждое слово, даже если не являлось Знаком, могло им стать.

Но самое главное — теперь я несу за них ответственность. И принимаю последствия. Они выполнят приказы, практически любые, а мне нужно решить — нужно ли брать их с собой и подвергать риску. Ведь ни один из них не ровня мне с Урилом.

Эстр — наставник. Отказать ему в участии — оскорбить. Это же момент триумфа учителя, когда ученик достигает цели. Пусть и промежуточной. Оставить его в тылу, это почти признать, что точка зрения Падших верна. И он действительно вещь, нечто среднее между клоном и биороботом.