И сейчас я сижу в машине похитителей, ожидая, когда Карина закончит одеваться, и мы уедем отсюда. На душе пусто, в мозгу пусто, даже в желудке — спасибо этим уродам, тоже пусто.

Во что я вляпался?

— Это были адепты. Первого чина, скорее всего. — Карина плюхнулась на водительское сидение «лады» и завела машину. — Своего Пламени у них нет, могут использовать только заемное. Для нападения на тебя они получили Пламя от своего Господина. Ну, и решили и твое сожрать. Хотя получили просто приказ — убить тебя, и обставить все, как несчастный случай или нелепую трагедию.

Авто тронулось, выкатилось с проселка и уверенно побежало по асфальту. Ночной город спал и даже не догадывался, что происходит под его окнами.

Слова девушки я услышал, но ничего из них не понял. Пламень, адепты, господин. Звучало, как текст из фэнтезийного фильма. «Ведьмака», например. То есть, не имело никаких точек соприкосновения с реальностью.

С моей реальностью. В которой Иннокентий Серов, восемнадцати лет от роду, учился в технологическом универе, заканчивая первый курс, и робко обдумывал варианты того, как бы подкатить к девочке, которую знал с детского сада, не разрушив при этом их дружбу.

— Что такое Пламя? — тем не менее спросил я.

Состояние было опустошенным, самое то, чтобы задавать тупые вопросы и выслушивать идиотские ответы. Даже верить в реальность происходящего не нужно. Просто два человека, которые только что потрахались, едут на машине по ночному городу, и несут всякую дичь. Обычное дело.

К тому же, слово Пламя, я слышал сегодня несколько раз. И действительно хотел понять, что это за странь, вокруг которой так много шума.

— Сила. Душа. Естество. Стержень. Какой ответ тебе больше нравится? — немедленно откликнулась Карина.

— То есть адепты хотели забрать мою душу? По приказу своего господина? Так?

У меня математический склад ума. Я поэтому и не пошел, как большинство моих сверстников, на гуманитарный факультет, хотя там было бы и проще учиться. Меня с детства привлекала возможность создавать что-то из ничего. Кубики, конструкторы «Лего», модельки и серьезные модели.

Поэтому, как правило, я нить беседы никогда не теряю. Помню, кто что сказал, даже если слова звучали невероятно.

— Примерно.

— Зачем?

— Затем, что у тебя сильное Пламя. А это большая редкость. Те, у кого оно горит так же ярко, как у тебя, правят этим миром. Но встретить ничего не представляющего из себя пацана с такой мощью в груди, большая редкость. Так что ты, вроде как, очень вкусный кусок пирога. При этом — ничей.

— Но господин приказал меня убить. Не забрать Пламя, а именно убить. Почему?